Королева Бланка

– Не хотите ли вы сказать, что это я предупредил королеву, а заодно посоветовал ей поторопиться, дабы застать мятежников тепленьким в их постелях?

– Перестаньте! – воскликнула Алиса де Вержи. – Ни к чему злословить. Дело проиграно, еще не начавшись. Мы в лапах у иностранки. И лучше сдаться добровольно, нежели бесславно погибнуть.

– Погибнуть? – не поверил своим ушам де Куси. – Вы считаете, она способна посягнуть на жизнь знатных людей королевства, больше половины которых занимают определенное место в генеалогическом древе Капетингов?

– Будет битва.

В замке всего двести воинов, из них сорок рыцарей. Шансов на победу никаких. Она не станет брать пленных, она просто убьет нас.

– Она не посмеет, матушка. Бургундия – крупное герцогство, один из сильнейших вассалов короны.

– Вот почему и не стоит нам ссориться с королевской властью, мой мальчик. Герцог Бретонский прав: корона не посягает на наши земли. А потому самым правильным будет нам с тобой удалиться отсюда: ни к чему мозолить глаза опекунше.

Мы укроемся в подвале.

– Еще хуже будет, если вас там найдут, – отрывисто бросил де Куси.

– Ей достаточно будет и всех вас. Поиски она устраивать не станет, если, конечно, у кого-то не развяжется язык и если вы благоразумно не покинете этого зала. Идем, Гуго, кастелян замка укроет нас с тобой. Вам же всем советую не испытывать терпение вдовствующей королевы и приказать открыть ворота. Чем скорее это будет сделано, тем милостивее окажется победитель к побежденному. Но помните: наше время еще придет.

С этими словами мать с сыном удалились.

– Пусть откроют ворота, – махнул Филипп Строптивый Гастону и прибавил угасающим голосом, уже ни к кому, в частности, не обращаясь: – Это и в самом деле будет наилучшим, что нам остается сделать, если мы хотим вымолить себе прощение.

И оглядел собравшихся. Ни один не проронил ни слова.

Глава 9. Бескровная победа

Бланка вошла в Тронный зал – стремительно, раздувая ноздри – и бросила пронзительный взгляд на столпившуюся у окна мятежную знать.

Вот они, бунтари! Они никогда не смогут примириться с королевской властью. Им невозможно угодить. У них всегда найдутся претензии. Смотрят с удивлением, некоторые с ненавистью и со страхом. Они знают, что она простит их на первый раз, – нельзя иначе, все же вассалы короны, – но запомнит всех по именам. Отныне она будет относиться к ним с опаской, не доверяя, но все же полагаясь на верность каждого из них в борьбе с Англией.