Метаморфоза

Я хватала ее грязными, сбитыми до крови руками и запихивала в рот, а когда жижа кончилась, я засунулась в бак с головой и пальцами соскребла остатки со стен.

А когда и эта еда закончилась, я сжалась в комок и завыла. Зарыдала, словно пытаясь выблевать обратно свое унижение. Меня трясло. Горло давило судорогой. Я грязными кулаками, перемазанными в той самой отвратительной жиже, размазывала слезы пополам с соплями. А рыдания все не унимались. Каких-то полтора года понадобилось мне, чтобы дойти до такого состояния.

И это было мне неподвластно. Мне нужна была еда.

Нет, не мне – моему телу.

И всякий раз, когда его топливо заканчивалось, оно гнало меня вперед, лишая разума и воли. Я становилась хуже зверя – жрущая, безмозглая субстанция. А когда тело получало свое, оставалась я – раздавленная, униженная, сгорающая от отвращения.

Мне было неподвластно ни то, чем я стала, ни даже решение, стоит ли дальше жить такой. Измененное чьей-то жестокой волей тело нельзя было просто убить. Ни ранить себя, ни повеситься, ни даже броситься с крыши я не могла.

В моем теле не было ни костей, ни мышц, ни органов. Просто масса. Однородная материя, подчиненная моей воле. Я, однако, сохранила память о прошлом теле. И это было единственное, что я о себе знала. И потому упорно сохраняла форму. Раз за разом восстанавливала сбитые руки; лепила расквашенное в драках лицо; вбирала оторванные в уличных боях конечности. Создавала себя снова и снова. И снова возрождала девушку, которой была когда-то. Только когда?

Я лежала, скрючившись, в грязном мусорном баке и пыталась вспомнить хоть что-то о том, кто я такая. Но ничего, кроме тех полутора лет, что я выживаю в этих трущобах, не откликалось в голове. Моя жизнь стартовала с раздирающей белой вспышки и адской, всепоглощающей боли, которая рвала меня, кажется, целую вечность, а потом – пустота.

И ощущение своего тела.

Податливого.

Послушного.

Текучего, как вода, и мягкого, словно слизень.

Тела, которое я раз за разом собираю в человекоподобную конструкцию.

И со временем у меня это получается все лучше. Даже уличные отбросы уже почти не шарахаются при виде меня. Но вот глаза и речь – они никак мне не даются. Я только мычу и пялю бесцветные бельма. И наблюдаю, как шарахаются от меня другие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.