Варварин Остров

 – Малинка обожает рисовать, она и общается при помощи рисунков. Правда, не все ее понимают.

«Хочешь понравиться матери, постарайся понравиться ее ребенку», – пришло Давыдову на ум. Он вовсе не был уверен, что хочет нравиться Кларе. Ввязываться в новые отношения, крутить романы – последнее, что ему сейчас нужно. Но слова Клары оказались приятны: маленькая Малинка, хорошо воспитанная, серьезная, даже строгая, к тому же любящая рисовать, вызывала у Давыдова симпатию.

А вот как относиться к бабушке, что она за человек, Андрей еще не понял.

– Здравствуйте, Андрей, здравствуйте, – говорила она высоким, чуть надтреснутым голосом, растягивая гласные, – рада вам, уж как рада-то, проходите, садитесь вот тут, тут удобнее! Помогли моим-то, вот спасибо вам! А мы скромно живем, не обессудьте, вы к такому не привыкли.

Откуда ей знать, к чему он привык? Не очень понятно, что отвечать на подобные заявления: начать оправдываться? Уверять, что дом хозяйки прекрасен? Андрей промолчал.

Они сидели за столом. Пироги оказались вкуснейшими, пирожные не шли с ними в сравнение. Насколько хороши конфеты, узнать не получилось, бабушка убрала их в сервант. Она попросила, чтобы Андрей называл ее бабой Лидой, и весь последний час активно потчевала гостя, подливала ему чаю и стрекотала без умолку, невозможно было слова вставить.

Прерывалась старушка только на то, чтобы задать вопрос вроде: «А родители ваши, значит, померли? Тут жили? Не припомню что-то. А сами-то вы женаты? Детки есть? Нету? Развелись? Эх, знаете, как люди говорят: „Не диво, что разводятся, а диво, что живут“. А что супруга ваша бывшая? В городе осталась?» и прочее, прочее.

В конце концов, чувствуя, что у него уже голова трещит от голоса бабы Лиды, Андрей повернулся к Кларе и спросил:

– Ты уже решила, чем займешься? Насчет работы думала что-то?

Он терпеть не мог, когда ему задавали подобные вопросы, никогда не стал бы вынуждать другого человека объясняться, но сейчас был раздражен (какого черта Клара приволокла его сюда?) и, пожалуй, желал отвлечь внимание от своей персоны.

– А чего ей решать? – встряла баба Лида. – За нее все уж решилось давно.