Родиться царём

Кровельщик переглянулись между собой, и моментально протрезвели:

– Куда рубероид делся? – округлил глаза Митька, – мы же оставляли под обрез, чтобы доделать крышу.

– Не иначе деревенские мужики спёрли, – выдал свою версию Косарев. – Надо милицию срочно вызывать, пускай по дворам ищут, а то перепродадут в другое село и ищи ветра в поле.

– Правильно вызывайте, – подал голос Олег, – а я как член комсомола молчать не буду, всю правду скажу, как меня учил великий Ленин.

В комсомоле он, конечно, никогда не состоял, так как, в школе, считался отъявленным анархистом, отвергающий все патриотические собрания и различные митинги.

– Ты, что видел, кто своровал наш хлеб? – занервничал Черных.

– Конечно, видел, и номер машины записал, – спокойно сказал Олег.

– Это уже лучше, – облегчённо вздохнул Митька. – Мы сейчас пойдём в гаражи и по номеру машины узнаем шофёра. Поговорим с ним серьёзно, потребуем возврата и магарыч за молчание.

Олег подошёл к валявшему резиновому сапогу и с размаху ударив его ногой, артистически заявил:

– Вы что бригада коммунистического труда, совсем память потеряли? Мы вчера вместе с водопроводчиком обозревали, как вы загружали целый самосвал рубероидом, и потом пошли в магазин.

У вас пир горой стоял от левого навара. Так что уважаемые коллеги выбирайте одно из двух; либо вы идёте к участковому, либо едете на лесоторговую базу и покупаете там сто пять рулонов рубероида по семь рублей за рулон. Я без зарплаты по причине вашего воровства сидеть не желаю, – напустил он на себя важности.

Олег в этот миг чувствовал себя хозяином положения. Ему нравилось наблюдать за этими алчными и пьяными рожами. Они хоть грамоты и не знали, но законы чтили, и по мере возможности соблюдали их. После веско угрожающего заявления Грачёва они мгновенно забыли об участковом. Им было уже не в руку к нему обращаться. Паника забралась в их подленькие душонки, и тревога отчётливо проявилась на трусливых физиономиях.

Потому что знали, факт кражи был не оспорим и обратное, доказывать Грачёву они не собирались.

Первым из оцепенения вышел Черныш:

– Нам такое количество рулонов сюда не надо, хватит и пятидесяти, – завизжал Черныш. – Решили, что сделаем трёх слойку, а весь верх зальём битумом. Скинемся звеном по нужной сумме, и будет всё «хоккей»!

Олег сдержался, чтобы не рассмеяться.