Тайна в черной рамке

Прокофьев, конечно, сволочь, но ведь он взял киллеров и Пентиума на чистую воду вывел. И в больнице тогда на пути у пентиумовской кодлы встал, можно сказать, принял огонь на себя.

– Ну с ним же тоже нужно решать вопрос, – сказал Брайтон, внимательно глядя на Карамболя. Похоже, понял он, что перегнул палку.

– Давай сначала со Свищом решим… Тащи сюда Гаврилу, говорить с ним будем.

– Может, не сюда? Может, не здесь? – спросил Лазарь, с подозрением глядя на Брайтона. – Может, подстава какая-то!

– Какая подстава? – вскинулся тот, в ответ зыркнув на Лазаря.

– А если тебя самого подставляют? – спросил Карамболь, в раздумье глядя на Брайтона.

Возможно, Свищ уже в курсе, что его люди вышли на Гаврилу, может быть, засаду устроил в доме, гостей ждет. А может, менты Гаврилу пасут, ждут, когда Свищ на него выйдет, а возьмут Брайтона. Все возможно.

– Меня подставляют?! Ну может быть… – озадаченно сказал Брайтон. – Если вдруг, вы, Юрий Сергеевич, не при делах. Это чисто мое решение.

– Твое решение, Сеня. И твое дело, – кивнул Карамболь. – На тебя большая надежда.

Не все ладно в его королевстве, не хватает личного авторитета, чтобы удержать всю власть в своих руках. Свищ вот откололся, Пентиум вызов бросил. И Лазарь со своими бойцами постоянно лажает. Одна надежда на Брайтона. Может, пацан и погорячился с Прокофьевым, но ход мысли у него правильный. И если он сможет свалить Свища, то займет его место. А почему бы и нет? Тварь неблагодарная не должна рулить наркотой, ею должен заниматься верный, преданный Карамболю человек.

* * *

Осень, темнеет рано, а может, просто черная туча наползла. С утра дождь идет, холодно, а Вика в легком плаще и под зонтом, на голове модно повязанный шелковый платок. Она стояла у машины Прокофьева и грустно смотрела ему в глаза. Милая она, красивая, сколько в ней нежности, у Егора невольно сжалось сердце.

– Могла бы и позвонить… – сказал он, открывая дверцу машины.

– Да я только что подошла, – улыбнулась женщина.

Он взял ее под локоток, но Вика, прежде чем сесть в машину, немного помедлила.

– Вообще-то я ненадолго, – сказала она, все же усаживаясь на переднее пассажирское сиденье.

Прокофьев закрыл за женщиной дверь, обошел машину и сел в кресло водителя.

С Викой Егор познакомился при экстремальных, можно сказать, обстоятельствах.