Страсть на предохранителе

 – Женщина подтянула к себе собачку, взяла ее на руки так, как будто собиралась бросить на Максима, и заявила: – Ваше удостоверение!

Болонка грозно тявкнула, подтверждая всю серьезность намерений своей хозяйки.

Малахов выслушал Павлова, хмыкнул и спросил:

– Значит, душа у тебя в пятки ушла?

– И разрыв сердца едва не приключился.

– А сотрудника нашел?

– Дворника нашел, с которым он разговаривал. Этот поумней оказался.

– Неужели удостоверение спросил?

– Нет, он под камеру его подвел. – Павлов открыл папку, вынул оттуда лист бумаги с портретом.

Качество паршивое, ракурс – половинка анфаса, но человек со снимка все-таки должен был поддаваться идентификации.

В подтверждение этому Павлов представил еще одно фото с видеокамеры.

– А это он же в больнице. Каштанов Эдуард Константинович, восьмидесятого года рождения, не судим, приводов не имеет. Называет себя женихом Дарьи Ропотовой. Кстати, Юлия Завадская это подтверждает.

– Завадская, Завадская… Интересно девки пляшут, у одной жених, у другой любовник, а сами как беспризорные, – рассматривая портрет Каштанова, проговорил Малахов.

На снимке с больничной видеокамеры он получился значительно лучше. Крепкий на вид мужчина, плотный, черты лица жесткие, но глаза не злые, хотя взгляд далеко не самый добрый. А какой может быть взгляд у мужчины, чью женщину искалечил какой-то ублюдок?

– Или Каштанов был с ними?

– Нет, на службе он был. Аварийная бригада райгаза. Утром сменился, позвонил Ропотовой, а ему ответил следователь Мамонов.

– А ведь он тебя опередил.

– Ну да, получается, что так.

– Ты с ним говорил?

– Да, там же, в больнице с ним и пересекся. Положительный такой мужчина. За Дарью свою очень переживает.

– Про деньги от Антонова он знал?

– Да вот с этим как-то не очень понятно.

– Что именно непонятно?

– Не знает он ничего про деньги. Отец Ропотовой не нуждался в операции. То есть проблемы с сердцем у него имелись, но вопрос об операции не стоял.

– Так, может, и не было никаких денег?

– Завадская про них ничего не говорила.

– Может, Антонов соврал?

– Зачем?

– Вот и я думаю: зачем?

– Тут еще один не совсем понятный момент. Ропотова уезжала с вещами. У нее в машине два чемодана в багажнике и дорожная сумка. Каштанов ничего не знает.

– Может, она от него сбегала?

– Не знаю. Завадская не слышала, чтобы они ссорились.