Опущенная

Увидев Настю, он улыбнулся, удивленно повел бровью, давая понять, что заинтригован.

– Я знал, что ты сразишь меня наповал, – сказал он, открывая дверь.

– Наповал не надо, – улыбнулась она.

– Почему? – спросил он, усаживаясь за руль.

– Мне больше нравится, когда ты стоишь.

– Ты думаешь о постели?

– Я?! О постели?! – вскинулась Настя.

Но удивления не было. Она уже привыкла к таким вот кувыркам в разговоре с Женей.

– Не хочешь, чтобы я с тобой лежал, – усмехнулся он.

– Если не хочу, то какая может быть постель?

– А может, и хочешь?

– Ты назвался серьезным человеком.

– Я сама серьезность, – кивнул он. – Поэтому мы едем ко мне домой.

– Это что-то новенькое.

– Новенькое. В твоей жизни новенькое. И ты должна пощупать это своими руками. В смысле, ты должна убедиться в том, что мой дом – типичное жилище холостяка. Ты должна знать, что я еще молодой и уже не женатый.

– Уже?

– Давно это было. Рано женился, рано развелся… Дураком был.

– Потому что развелся?

– Потому что женился…

– Не хочу я к тебе домой.

Женя промолчал, а машина продолжала ехать – в сторону центра. Неожиданно он свернул к одному из множества однотипных частных домов, окнами выходящих на оживленный тротуар. Сразу за этим кварталом начинался главный в городе проспект, разделенный каштановой аллеей.

Женя остановил машину, заглушил двигатель, вышел. Настя думала, что он откроет дверцу с ее стороны, но его куда больше интересовала калитка. Она видела, как он вставил в замочную скважину ключ, открыл калитку и скрылся во дворе.

Она ждала его минуту, две, пять, десять. А он все не появлялся. Настя пожала плечами, вышла из машины, приблизилась к калитке. Постояла немного и зашла во двор.

Двор узкий, под навесом из винограда, справа – крыльцо дома, слева вход – в летнюю кухню. Дверь в дом открыта.

Во дворе было чисто, уютно, но ничего выдающегося Настя не заметила. А в доме, сразу за дверью она увидела гарнитурную стенку, какие ставят в прихожей.

Из комнаты в прихожую вышел Женя.

– Ты здесь? – радушно улыбнулся он.

– Да вот, зашла.

– И правильно. – Он задорно подмигнул ей, помог снять плащ.

Она разулась, он подал тапочки – большие, мужские, но совершенно новые.