Мои грехи, моя расплата

– Опля! «Телега» к нам заехала! – удивленно распахнув глаза, рыкнул Макар.

– Твою оглоблю сейчас выдернем и свою вставим! – угрожающе осклабился его дружок, кряжистого вида парень с огромной нижней челюстью.

Никто не подсказывал Ефиму, какой тактики ему нужно придерживаться; сам догадался, что нужно идти в наступление. Будешь обороняться или отступать, сначала заклюют, а потом и затопчут. Терпеливых молчунов и уж тем более обиженных нигде не жалуют. Уж лучше в атаке погибнуть…

– Твоя работа? – надвинувшись на Макара, озлобленно спросил он.

– Чего? – возмущенно и вместе с тем изумленно взвыл он. – Ты на кого наезжаешь, чмо?

– Я видел, ты с Демидом вчера был! – Ефим упорно гнул свое. – Вы нас на озеро звали! Знали, что там нас менты примут!.. Сначала под айзеров подставили, потом под ментов. Знаешь, как это называется?

Макар стоял напротив него, слушал, злобно играя желваками. А когда Ефим закончил, еще ближе подступил к нему, зловонно дыхнул в лицо перегаром.

– Все сказал?.

– А чего ж я тебя на Плешивой поляне не видел? Сошлись бы, посмотрели бы, кто есть кто!

– Ты кто вообще такой? – скривился Макар.

– Ну вот, уже спрашиваешь, а то никак… Ефим я, Болотов, и с Телегиным я, а не с тобой…

– А нам такие чухи, как ты, и не нужны!

– Баклан ты!

– Что?

Макар ударил головой, но Ефим предвидел это, поэтому подставил под удар свой лоб.

– О-е! – простонал он.

То ли боль была такой свирепой, то ли он потерял способность держаться на ногах, но так или иначе Макар опустился на корточки, охватив голову руками. Ефим бы мог воспользоваться моментом, ударить врага коленкой в лицо, но делать этого не стал. Глупо это, не бить лежачего, тем более в таком положении, в котором он сейчас находился.

На помощь Макару пришли его друзья. Сначала усадили его на нары, а затем взялись за Ефима. От одного удара он увернулся, второй отбил, а третий – локтем в голову – сбил его с ног. И дальше никаких правил: трое против одного. Ногами в лицо, в живот, по спине…

Ефим уже терял сознание, а может, и жизнь, когда открылась дверь и кто-то крикнул:

– Макаров!.. Комаров!.. Файзиев!.. Прахов!..