Менты таких не трогают

И чай, и давно уже остывшие пирожки с капустой.

– Сама пекла?

– Утром.

– Вернуть бы это утро, – мрачно усмехнулся Прохор.

Поверни время вспять, он бы не пошел сегодня на рынок с дядей Митей. И не попал бы впросак. Сидеть бы сейчас дома, бить баклуши. А еще лучше, на дачу отправиться…

А если бы еще на два года назад вернуться, он бы «откосил» от армии. И занялся бы бизнесом. Может, и разбогател бы за два года. Под одной крышей с Лидой. Не ушла бы она от него, если бы он остался дома. А что сейчас? На мели Прохор, ни копья за душой.

– Еще чаю? – спросила Инна, когда его кружка опустела.

– Лучше водки.

– Самогон есть, – сказала она, настороженно глянув на него.

– Обойдусь, – мотнул он головой и неожиданно добавил: – Если что, держись за меня. Мы с тобой в одной лодке.

– И куда мы плывем? – с интересом посмотрела на него Инна.

– Плавает знаешь что?.. Вот и мы с тобой плывем… В проруби…

– Лучше с тобой, чем с твоим Пушкарем.

– Не знаю…

Прохор закрыл глаза и не заметил, как задремал.

– Подъем! – разбудил его громкий голос Пушкаря.

Прохор открыл глаза и уставился на него. Инны рядом с ним не было. Что, если сбежала?

Пушкарь с грохотом поставил на стол две бутылки водки.

– Боевое крещение твое обмывать будем… Ин-на, стаканы давай!

В комнату вошла Инна со стаканами в руках, поставила их на стол и как-то умоляюще посмотрела на Прохора. Она боялась Пушкаря и не хотела становиться его жертвой. А остановить произвол мог только Прохор.

– А почему два? Себе тоже давай!

– Я не хочу.

– Ин-на, не зли меня!

Инна кивнула, ушла. Пушкарь откупорил бутылку, наполнил стаканы.

– Давай! – Он выпил, не чокаясь.

И Прохор повторил за ним, осушив свой стакан до дна. А чуть позже появилась Инна. Она принесла и стакан, и закуску – нарезанную кружками копченую колбасу.

– Сервелат у них тут не фонтан, – сказал Пушкарь, взяв один кружок. – И сыр какой-то странный… Ин-на, где сыр?

– Сейчас.

Инна снова ушла, а Пушкарь, сунув колбасу в рот, снова наполнил стаканы.

– Она не Ин-на. Не называй ее так, – сказал Прохор.

Но Пушкарь пропустил его слова мимо ушей и, кивком показав на окно, спросил:

– Ты хоть понял, что я без машины?

– Почему?

– В лесу оставил… Если вдруг что, сигаем через забор. И наутек. Прыгаем в машину, и тю-тю.

– И кого мы боимся?

– Ну, вдруг менты нагрянут, – пожал плечами Пушкарь.

– А еще?

– Остальные нас должны бояться.