Катя, жена бандитская

Но та же рука могла сейчас сжимать рукоять автомата. Вдруг во дворе засада? Вдруг вражеские бойцы только и ждут, когда Ярослав спустится вниз? Эта мысль пришла, когда они втроем вышли из квартиры.

Ярослав хлопнул Марата по плечу, пальцем показал вниз и мотнул головой. Внизу могла быть засада, поэтому он показал наверх. Марат все понял, и они молча поднялись на межэтажную площадку. Там и затаились.

Через какое-то время Марат прошептал:

– Вниз нужно идти и, если там засада, прорываться… Да и какая засада? – немного подумав, добавил он.

И точно. Снизу послышался топот ног, и к двери подошли крепкого сложения парни, среди которых Ярослав заметил человека в милицейской форме. Точно так же к нему недавно приходили опера из уголовного розыска в сопровождении участкового. Но капитана Жаркова среди этих не было. И вооружены крепыши подозрительно. Мент держал наготове автомат, а у двоих других были пистолеты с глушителями.

– Сырой, я на подстраховке! – шепотом сказал мент.

– Да понял я, понял, – так же тихо отозвался коренастый крепыш с короткой, приплюснутой сверху головой.

– Всех мочить!

– А если уже…

– Тихо!

Рослый детина с вытянутым, как у лошади, лицом уловил подозрительный шум за спиной, прислушался, резко развернулся и столкнулся взглядом с Ярославом. И тут же получил пулю в лоб. Ярослав стрелял метко, а медлить в этом случае преступно. Хотя бы потому, что можно подставить под пули Катю. Фальшивый мент вооружен был автоматом, а это слишком серьезно, поэтому следующая пуля досталась ему.

– Уходим!

Ярослав, сунув ствол за пояс, прикрыл его футболкой. Одной рукой он обнимал Катю, а другой поглаживал пистолет. Надо было срочно избавляться от паленого железа, но, возможно, во дворе их ждала новая опасность.

Переживал он напрасно. Во дворе они заметили только дворника, который смотрел на окна его квартиры. Увидев Ярослава, он отвел взгляд.

Марат подстраховался, оставив машину в соседнем дворе. Ее не могли заминировать, поэтому Ярослав садился в нее без опасения. Они с Катей устроились на заднем сиденье. Катю трясло как в лихорадке, и кто-то должен был ее успокоить.

– Отвезите меня домой! – дрожащим от страха голосом попросила она.