Дочь авторитета

– От кого?

– Я не знаю!

– Знаешь. Но можешь не говорить. Уже все равно. – Захар отвел в сторону руку, как будто собирался полоснуть корреспондента ножом по горлу.

– Не надо! – Золотарев шарахнулся назад, закрыл шею руками и врезался спиной в столб.

– Я достал нож. Извини, но уже поздно крутить назад.

– Вспомнил! У него шрам здесь был! – Рыжий тип ничего не показывал, он просто стоял, закрывая горло руками.

– Где?

– Здесь! – Золотарев отнял руки от шеи, провел пальцами по горлу.

– Так это я его пописал! – приврал Захар.

– Не надо! – Корреспондент зажмурился в ожидании удара.

– Что за человек?

– Он от Ставра пришел.

Со Ставром Захар дел не имел, но слышал о нем. Бригада этого авторитета в свое время обложила данью всех торгашей на рынках, коммерсантов стригла под ноль. Жак даже пытался примкнуть к банде, но у него ничего не вышло. Пацан был рослый, накачанный, боксом всерьез занимался, но не взяли его.

Восточный район тогда взял под себя Сарай, сколотил бригаду, поставил всех на уши. Жак рванул к нему, но и там его не признали за своего.

– Они сказали, что у меня могут быть проблемы, – выдал Золотарев.

– А Ставр каким боком к Посыхову?

– Это вода на его мельницу. Я думаю, Ставр Посыхова двигает.

– Куда двигает?

– Туда! – Рыжий фрукт вознес глаза к небу.

– Карманный мэр будет? – Захар усмехнулся.

– Чем черт не шутит.

– Я все понял.

– Я тебе ничего не говорил.

– И ножа у тебя не было, – сказал Захар и поднял с земли «бабочку». – Нельзя тебе, а то порежешься.

– Это не мое. Мне отдать надо!..

– Получишь, если скажешь, как мне на Посыхова выйти.

– Он горгазом заведует.

– А про Ставра что знаешь?

– «Алтанай-банк» у него. Улица Королева, сорок семь. Ты что, с ним поговорить хочешь? – спросил Золотарев и нервно усмехнулся.

– Ты ведь не скажешь ему об этом, не так ли?

– Зачем?

– Вот и я думаю, зачем тебя сдавать?

– Меня?

– А разве ты не сдал мне Ставра?

– Я сдал?! – Журналист задумался.

– Да ты не переживай, я могила. Твоя. Все, бывай! – Захар похлопал Золотарева по плечу, повернулся к нему спиной и побрел к мотоциклу.

– Эй, а нож? – донеслось сзади.

Захар ничего не сказал, но сделал еще несколько шагов и разжал руку. «Бабочка» упала на землю. Дал слово – держи.

Глава 3

От глаз остались узкие щелочки, нос распух, губы как плюшки.