Непрощенные

Если Дьявол приберет тебя и твоих псов, то хотя бы Гюго сгодится.

– Приставили шпионить за мной?

– Помогать, Арон, – с нажимом сказал епископ. – Помогать.

И теперь я вынужден слушать бредни вечно пьяного Гюго, и непомерно страдать от его болтовни. Должно быть это кара небесная.

Июль, адская жара. День стоял ясный, оттого черная воронка в небе на севере была видна как никогда. Мне даже казалось, что стоит остановиться и присмотреться, как я увижу спускающихся оттуда чудовищ, которые разбредутся по пустоши в поисках одиноких душ.

Северные регионы мы потеряли много лет назад. Что там сейчас творится – одному Богу известно, и лишь Его милостью Церковь удерживает стену, что не дает скверне расползтись дальше. Сколько паладинов, инквизиторов, монахов и клириков там полегло? Не знаю. Много, очень много. Ведь тех, кто выжил, мне приходилось добивать самому, потому как у половины из них под кожей я находил Дьяволово Семя.

Витор вернулся с разведки, его черный плащ сделался серым от пыли, впрочем, как и лицо.

– Докладывай, – приказал я, когда его лошадь поравнялась с моим конем.

– Все так, как и боялся кардинал. Пшеничные поля почернели, я проскакал несколько таких – все черно. Колосья не собраны, лежат на земле и гниют. Как сказал повстречавшийся по дороге торговец: главный въезд во Флоренцию закрыт.

– Трупы?

Витор скосил взгляд на кол с нанизанным, будто на спицу, высохшим мертвецом.

– Я не об этих, – отмахнулся я. – Паладины собрали здесь большую жатву, даже завидно. Я говорю о чумных, Витор.

– Пока не видел, но торговец сказал, что во Флоренции покойников много, их негде хоронить, обезображенные бубонами тела лежат прямо на улицах.

– Ясно. Значит мы попали в самое пекло, и как раз вовремя. Что еще?

– Про падеж скота он тоже сказал, а еще говорит, что видел в полнолуние летящего над полем вампира.

– Люди от страха несут всякую чушь, – хмыкнул я. – Уж мы-то с тобой знаем, что вампиры не летают.

– Не летают, – кивнул Витор.

Мы немного помолчали, прислушиваясь к мерному стуку лошадиных копыт.

Я всецело погрузился в мысли, понимая, что на этот раз мы напали на след. В городе засела Чума.

***

Жара стояла невыносимая. Узкие улицы Флоренции были засыпаны мусором, канавы полны нечистот. Последние, к слову, горожане выливали прямо из окон, чтобы лишний раз не казать носа из дома. Люди боялись выходить на улицы, где за каждым углом поджидала чума – страшная и непобедимая хворь. Но я знал, что с ней можно справиться.