Прόклятый город

Я терпеливо ожидал, когда он, опознав все буквы в моём паспорте, сверит фотографию с, так сказать, оригиналом и вот это произошло. Страж границы, явно копируя пристальный взгляд товарища Дзержинского, попытался найти в моём лице признаки врага отечества, но не нашёл. Он безуспешно поискал эти признаки у моих попутчиков, и, не огорчившись тем, что тоже не нашёл, проставил необходимые отметки в паспортах и гордо удалился из купе продолжать выполнение своей миссии

– Шо веземо, показуемо, – освободившееся место в дверном проёме немедленно заполнилось хамом номер два.

У этого голос был похож на скрип ржавой дверной петли.

Форма таможенника чем-то неуловимым напомнила мне эсэсовский мундир Штирлица и сидела на нём так, как будто её шили на кого-то другого.

Его лицо лоснилось от пота, хотя в поезде жарко не было. Видимо, это была реакция организма на необходимость передвигать в пространстве более ста килограммов веса его тела.

Понимая, что одновременное извлечение чемоданов всеми пассажирами купе создаст совершенно ненужную давку и суматоху, я поднялся и деликатно, но настойчиво отодвинул таможенника со словами: – Разрешите, я выйду!

– Куды? – хам в нём замер в нерешительности.

Непослушание «лицу при исполнении» было явным, но непонятным. Мало ли кем мог быть пассажир в совершенно новом костюме от «Бруксов», в идеально белой рубашке, при модном галстуке, распространяющий вокруг лёгкий, но перебивающий все остальные, запах «Ламборджини афтершейв». Чему-чему, а умению немцев выглядеть «как иностранец» я научился.

– Вам же удобнее будет осматривать багаж, – не стал мучить хама дальше неизвестностью я.

Прошло пять секунд, прежде чем его мыслительные центры расшифровали мой голосовой сигнал. Ещё пять секунд ушло у него на то, чтобы сообразить, что так для него действительно будет намного удобнее, и он отодвинулся.

Осмотрев мой багаж, таможенник решил в знак благодарности снизойти до разговора со мной:

– У нимцив булы, а так мало вэзэтэ, – и указал рукой на мой раскрытый чемодан от «Вьюнтон».

– А зачем нам, миллионерам, таскать с собой всякие мелочи? – своему лицу я попытался придать как можно более удивлённое выражение.

Мне это, наверное, хорошо удалось, так как этот безобидный вопрос «выключил» таможенника настолько, что маска «лица при исполнении» с него слетела и он бочком, стараясь не задеть меня, со словами «звыняйте, звыняйте» выскользнул из купе.