Прерванный контакт. Фантастика

Веки так плотно закрывали зрачки, будто кто-то специально задёрнул чёрными шторами, из-за чего птица казалась слепой и не такой страшной, краски хвостового оперения, бывшие ранее ярко-голубыми, потускнели, и выглядели блеклыми, неживыми. Полуоткрытый хищно изогнутый клюв упирался прямо в серединку тропинки, словно хотел обозначить границу дозволенного.

Ксана боялась подходить, чувствовала, что каргал ещё жив, не умер, однако уже стоит одной лапой на пороге мира теней. Ниточка жизни таяла с ужасающей быстротой.

Нахмурив брови и слегка покусывая нижнюю губу, девушка размышляла: повернуть назад или подождать, когда каргал умрёт… Обойти никак – слева тянулся густой кустарник, и кончик крыла птицы почти доставал до него, тем самым закрывая возможность проскочить безбоязненно, справа начинался овраг, неглубокий, но сплошь заросший крапивой.

Скоро начнёт смеркаться, до поселения, где жила сестра, оставалось идти совсем немного, как раз бы успела, если б не эта неожиданная встреча. Время шло, а Ксана всё ещё колебалась – если возвращаться домой, то, наверняка, придется в темноте, однако места знакомые, шагать можно смело, без страха. С другой стороны – сестра ждёт, муж при смерти. Знахарка местная ушла в горы собирать травы и когда вернётся, никто не знает, а у Ксаны дар врачевания. К тому же своя, значит, должна помочь.

Миг, когда каргал повёл головой, Ксана уловила с запозданием. Веко тяжело, с усилием, поднялось, и на неё уставился глаз с удивительно голубой радужкой и чёрным как бездна зрачком. Какие-то доли секунды и пространство вокруг неуловимо изменилось, наполняясь флюидами мольбы о помощи, а возникшая из ниоткуда эманация чужой боли впиталась в девушку, словно вода в песок.

И девушка сдалась, не выдержала. Уселась там, где стояла, поджав под себя ноги, закрыла глаза, расслабилась… вскинула руки, вычерчивая руны исцеления. Воздух тотчас загустел, две энергии, невидимые обычному зрению, сшиблись в эфире, закрутились в вихре противоборства, порождая далеко идущие волны.

Высоко в горах знахарка поморщилась от внезапно нахлынувшего бессилия, села на траву, недоумевая, откуда пришел всплеск негативной энергии.