Закат Заратустры

И именно в тот момент я почувствовал, что передо мной находится уже другой Игорь Дымов.

– Какой?

Зиновий взглянул на часы, убедился, что десять минут еще не прошли – и тяжко вздохнул.

– Я не знаю. Я не знаю, что там с ним произошло, я не знаю, какие в нем возникли перемены. Только внутренне это был другой человек. Это все, что я могу тебе сказать.

Я снова задумался, хотя материала для размышлений по-прежнему было крайне мало. Что я узнал: он ездил к Волохову, но что там случилось, с чем он там столкнулся таким, что заставило его выпасть из окна, об этом я по-прежнему ничего не ведал.

– Но неужели он ни слова не сказал о том, что там было?

– Нет. Хотя постой. Он произнес одну фразу. – Зиновий наморщил лоб так, что он весь стал напоминать рябь на море. – Понимаешь, он сказал что-то о том, что он потерял нить жизни. Признаться, я тогда не очень обратил внимание на эти слова.

– Ну, еще бы, тебя заботил вопрос об убытках.

– Он и сейчас меня заботит. Между прочим, если я разорюсь, где будешь печатать ты свои шедевры.

– Приносили бы они убытки, ты не стал бы их издавать.

– Не стал, но и прибыль минимальная. Едва покрывает издержки. – Внезапно он встрепенулся и как-то необычно посмотрел на меня. – У меня есть к тебе деловое предложение. Ты же хочешь выяснить, что произошло с Игорем. Так поезжай туда к Волохову, дорогу я оплачу. Напишешь книгу.

Я подумал об исчезнувшей Лене, о романе, который никак не идет.

– Сейчас я не могу, у меня тут срочные дела.

Зиновий разочарованно взглянул на меня.

– Жаль, а я надеялся. По крайней мере, ты выяснил бы то, что хотел.

Это был вежливый способ выставить меня за дверь.

– Я понял, что ничего не понимаю, и узнал, что ничего не знаю.

– Вот видишь, какая большая польза от твоего визита ко мне. – В его голосе снова зазвучала насмешка.

Я снова оказался на улице. Но вышел я из роскошного офиса Зиновия уже немного другим человеком, чем в него вошел. Мои мысли потекли в иную сторону; нечто крайне важное, но и очень тревожное завладело мною. Теперь я стал думать о поступке Игоря совсем иначе. Раньше я мог предположить, что дело в несчастной любви; Инна не знала, что два года назад он едва не оставил семью.