Федеральный наемник

Еще одно движение с их стороны и у был бы просто задушен.

Надо мной наклонился их предводитель; после падения его светлые дорогие брюки были испещрены черными полосами и пятнами. Я видел, что эта грязь на одежде приводит его буквально в бешенство. Несколько мгновений он смотрел мне в лицо, затем плюнул и больно ударил острым носком своих щтиблет по моей коленной чашечке.

Бить он умел, и я не смог сдержать стон.

– Заткнись, ублюдок, – прошипел он. – Иначе тебе будет очень плохо. Тащите его в машину, – сказал он своим подручным.

Машины ждала кавказцев совсем рядом. Они втащили меня в одну из них, бросили, словно авоську, на заднее сиденье, плотно зажав меня своими крепкими телами с двух сторон так что я практически не мог пошевелиться.

Предводитель банды кавказцев сидел на переднем сиденье. То и дело он посматривал в зеркальце заднего вида, в котором отражалась моя помятая в схватке физиономия.

– Ну как там в зоне, говорят там не так уж и плохо, – проговорил он, оборачиваясь ко мне и издевательски улыбаясь.

 – Ты в этом совсем скоро сможешь убедиться; то, что тебя ждет, тебе покажется адом по сравнению с тем, где ты недавно был. Готовься. Мы все знаем про то, как ты убивал наших ребят. Теперь твой черед. Как у вас говорят: долг платежом красен. Кстати, ты меня не помнишь?

– Нет, – выдавил я из себя.

– А я тебя помню. Документы ты однажды у меня проверял, я тогда из окруженного вами селения выходил. Под местного жителя нарядился, пистолет бросил. Ты поверил.

– Жаль.

– Что поделать, за ошибки надо платить.

Ты тогда не убил, тебя сейчас убьют. Таков закон.

Я отвернулся от горца и закрыл глаза; поддерживать светскую беседу по пути на казнь было свыше моих сил. Но такое мое невежливое поведение кавказцу не понравилось. Он ударил меня кулаком в зубы. Из разбитой губы закапала на рубашку и брюки кровь.

– Не отворачивайся, когда я с тобой говорю, – злобно прошипел кавказец. – А тебе известно, что ты убил моего друга. Я расспрашивал тех, кто там был, они говорят: пристрелил самолично.

– Когда это было? – спросил я.

– В Высокогорном, помнишь.

– Я тогда многих ваших убил, больно вас было там много и прямо лезли на мой пулемет. Потом мы выяснили, что все накачались наркотиками.

– Зато ты ничего не потребляешь, уйдешь на тот свет при полном сознании. Думаешь так оно легче?

– Туда не пробовал еще уходить, не знаю.

– Ничего, испытаешь по полной программе, я тебе это обещаю. А мое слово твердое, тебе всякий подтвердит.