Шоумен. Ментовские оборотни

 – Ведь будет суд …

– Какой суд?

– Через суд с тебя за ущерб будут взыскивать. По полной, так сказать, программе. И тут очень важно, чтобы был хороший адвокат. Если неопытный какой – тогда пиши пропало.

– Что пропало?

– Всё, – сказал водила бестрепетно. – Квартира, дача, машина. Всё, что у тебя есть.

– Не понял, – дрогнул Миша.

– У нас ведь юристы хорошие. Напишут столько, что мало не покажется. Типа «Лада» эта была эксклюзивной сборки. Свечи платиновые. Поршни золотые. Электропроводка вся из серебра.

– А экспертиза? – спросил Брусникин мрачно.

– Экспертиза будет, а как же! – с готовностью подтвердил собеседник. – Без экспертизы судья решение не вынесет. А так – пожалуйста! Удовлетворит иск, дело-то обычное. Спор двух хозяйствующих субъектов, никакой политики. Главное – чтобы денег у тебя хватило, я же говорю.

– Я найму адвоката! – определился наконец Миша.

– Вот! – сказал водила с чувством.

Он похлопал Мишу по плечу. Тут Миша словно очнулся. Будто прежде он находился под гипнозом, а теперь снова стал самим собой.

– Да пошёл ты к чёрту! – возмутился Брусникин. – Какой суд, что за чепуха! Ты виноват, ты и отвечай! Я с тобой ещё разберусь! – пригрозил он и развернулся, чтобы уйти.

Но уже шёл в их сторону, похлопывая себя по штанине резиновой палкой, давно присматривавшийся к происходящему милиционер.

– Ст-сж-пш! – невразумительно представился он, небрежно отдавая честь. – Что происходит? Документики предъявляем по очереди!

И бедный Миша Брусникин никуда уже не уходил, а вовсе даже обездвижел, потому как документов у него и не было – увёз их на своём «Мерседесе» проклятый душегуб. Мишин испуг был тотчас обнаружен многоопытным милиционером, и в милицейском голосе угрожающе звякнул металл:

– Документы, я сказал! Что непонятно?

– А-а … М-м, – замычал Брусникин.

– Нет документов, – догадался милиционер и обратился по рации к кому-то невидимому. – Подъедь ко мне, у меня тут клиент без документов какой-то невразумительный.

А у Миши после пробежек за уезжающим автомобилем и после общения с душегубом, оборвавшим половину пуговиц на жениховском наряде Брусникина, вид был действительно еще тот.

– Понимаете … – жалобно заканючил Миша.