Приключения моряка Паганеля

Я в скипидаре-растворителе эти джинсы отстираю, линялые, они даже моднее. Слушай, Устиныч, умоляю – продай за 100 рублей! А то умру от темперамента – на твоей совести будет, батоно[16 - Батоно (груз.) – уважаемый (обращение к мужчине).]! Продай, уважаемый!»

Ну, я же не фарцовщик какой, не барыга… денег не взял, только на складе у Вахтанга дефицитными немецкими такелажными блоками разжился… так о чём это я? – боцман потряс стриженной седой головой, как бы ставя свои мысли на место. Мне показалось, что он сейчас не так уж и увлечён собственным повествованием.

Скорее, его все ещё занимало недавнее странное происшествие с эхолотом, а именно – загадочные показания его самописцев.

– Ну, я и говорю, – продолжил через паузу боцман. – К вечеру получили мы от начальства паспорта советских моряков и на берег гренландского Готхоба по трапу сошли…

Глава 12. Нуук

– Кстати, тогда, – продолжал рассказ боцман, – клеша снова в моду входили, и мурманские менты частенько именовали наших морячков клёшниками.

В общем, идём мы большой тёплой компанией по Нууку, как в той старой моряцкой песне поётся…

Устиныч и правда негромко запел приятным хрипловатым баритоном:

И свой покинув борт,

Сошли на берег в порт

Четырнадцать советских морячков.

Идут, сутулятся по узкой улице,

А клёши новые ласкает бриз…

Погода, помню, тогда в Готхобе стояла отменная. Лето как-никак, хотя и полярное. Особых достопримечательностей в гренландской столице нами не замечалось, да и городом это трудно было назвать, скорее посёлком.

Всего одна улица, дома все деревянной постройки в один-два этажа. Более всего это местечко Нуук походило на городки Дикого Запада из американских вестернов.

Порой казалось, что из ближайшего салуна вот-вот вывалится компания подгулявших ковбоев в широкополых шляпах. И тут же от избытка своих буйных ковбойских чувств начнёт палить в воздух из огромных длинноствольных кольтов.

Однако смотрим, в низине виднеется новостройка – длинный такой дом, пятиэтажный, современный – из стекла и бетона, прям дворец посреди хижин.

Правда, на высоких сваях построенный, по причине вечной мерзлоты в грунте.

Как и наш родной заполярный Мурманск, располагался этот Нуук-Готхоб не на равнине, а на самых натуральных, привычных нам, северянам, сопках. Как и Мурманск, был покрыт этот Нуук широкими крутыми деревянными лестницами, как корабль трапами. Правда, Мурманск наш смотрелся настоящим Нью-Йорком по сравнению с этим городком.