Лунный удар

– Мы всего лишь друзья, – тихо ответила Вика, нарезая овощи и улыбнулась.

– Я понимаю, он ведёт себя порой как гадкий утёнок. Утки они полигамны, – прогоняя птицу, продолжала тётя. – Но он надежный. Он – лебедь, хотя об этом пока не догадывается до тех пор, пока не встретит другого лебедя.

Вика прошла по террасе, разглядывая картины и поделки из дерева.

– Вам нравятся? Это всё Сергей, когда у него было время. Теперь у него другие «утки». А может быть, он уже встретил лебедя?! Да, я в этом почти уверена, – ёжась от прохлады, произнесла тётя.

Вика накинула на неё лежавшую рядом бежевую шаль.

– Какая красивая шаль, – похвалила Вика, поглаживая рукой гладкий бархат ткани с золотыми нитями.

– Этой ткани лет сорок, я носила её, когда была замужем. Как её моль только не съела, и она не рассыпалась? Жаль, что я не могу сказать этого о себе. В нашем мире всё через кровь и нервы решается. Все болезни от наших мыслей и окружающих нас людей, как это ни странно.

Они долго рассматривали альбом с семейными фотографиями.

Вот Серёжа среди друзей, такой красивый. Тётя отошла к столу. Вика взяла из альбома его фотографию и спрятала её в свою сумочку. Темный уголок подсознания оправдал её, но лицо стало цвета коммунистического манифеста, хорошо, что стемнело вокруг.

После ужина с ухой тётушка спросила у племянника, когда они остались наедине:

– Вам постелить в разных комнатах?! – они посмотрели понимающе друг на друга и улыбнулись. – А она мне нравится!

– Может быть, она женщина всей моей жизни? Пока не знаю.

Постели нам в разных комнатах, – проговорил задумчиво я. – Кажется, и я становлюсь другим. Вроде бы все вокруг то же самое, но уже как-то по-другому наполнено.

– Я так и подумала, что ты встретил другого лебедя, – погладила моё плечо и голову тётя.

– Что? – не понял я, но тётушка дипломатично ушла в другую комнату.

– Ну, ты и дурачок у меня, – она покрутила у виска и вышла из комнаты, как уточка, переминаясь с ноги на ногу, наверное, пошла стелить постель, а я остался озадаченным.

Вышел на улицу.

Вика стояла на террасе и смотрела на лунную дорожку, мерцающую бликами на тихой воде. Полная тяжелая Луна висела над рваным горизонтом темного соснового леса за Волгой.

Мы вдвоём. Ночь. Луна. Волга. Я, осмелев, нежно коснулся её и положил на плечо руку. Чувствую, как она вся замирает, крепко вцепившись в деревянные перила, но буквально сразу расслабилась и повернулась ко мне, позволила обнять себя за талию. Медленно прижал к себе.