Реннет Лассель

В физической – на Гесфере, либо в иллюзорной проекции. Касательно твой женушки… – он прямо посмотрел на чародейку, – я проверял еще и ее речевые возможности…

– Точно, она же говорила! – будто только что вспомнил Армель. – В том мире, где тебя прокляли, Тишина могла общаться с нами нормально. Я даже отчетливо помню ее голос!

– Меня прокляли? – сереброволосый лекарь-маг выглядел озадаченным.

– Очередной обман, внушенный нам извне. Другой мир, иные расы и даже Боги – все было иллюзией с самого начала.

Сказать легко, вот только поверить в такое для большинства тяжеловато. Иллюзии и реальность смешались в их сознании, и определить что да где самостоятельно они уже не смогли.

Но разжевывать им времени у парня не осталось. В настоящий момент требовалось действовать быстро, чтобы не дать врагу дополнительных преимуществ.

– То есть, мы оказались в плену? – спросила Тишина.

– Верно, а вот и наши тюремщики, – указал он на труп под ногами.

При нем ровным счетом ничего не нашлось – ни оружия, ни опознавательных знаков. Из одежды мантия темно-коричневого цвета. Что же касается магического присутствия, можно с уверенностью отмести и мистиков, и ведьм. Самый обычный человек. Хотя ренегат был в достаточной степени уверен, что к их пленению и заточению в иллюзиях приложили руку именно мистики с ведьмами.

– …Иначе зачем бы им разделять нас с Катариной? – бормотал он. – Впрочем…

Еще слишком много вопросов требовали ответа.

Поэтому, вместо того чтобы тратить драгоценное время на пустые размышления, он решил действовать. Да и опасно оставаться на месте, когда где-то рядом таилась сила, способная создавать целые миры, пускай лишь в подсознании отдельного индивидуума.

– Взгляни-ка на эти двери. Ни следа ржавчины.

Это подметил Ладан, сразу как только они вышли в узкий длинный коридор. Что и следовало ожидать от профессионального шпиона.

Коридор был освещен тусклыми магическими светильниками, висящими у стен. Ни диной души вокруг.

– Лаборатория, где проводят эксперименты с человеческой психикой… Что-то до боли знакомое, – сереброволосый чародей смотрел на Реннета. Из присутствующих лишь он один был в курсе тех событий.