Наваждение

– Нет, – сказал он наконец, – без очков не вижу ни … – он употребил эвфемизм, которым люди, живущие в Автово и считающие себя высококультурными, пользуются в присутствии малознакомых дам, дабы не оскорблять женский слух наименованиями детородного органа. – Да. Я сейчас, вы обождите.

И он снова углубился в квартиру, и снова Фотина побоялась придержать дверь, и дверь захлопнулась, на этот раз с шумом. На шум выглянула соседка слева, маленькая смуглая женщина, посмотрела осуждающе на Фотину, и сказала:

– Не надо стучать вечером.

Фотина пожала плечами. Соседка еще немного постояла, придерживая дверь, а потом скрылась в квартире, и дверь за собой закрыла тихо, подавая пример. Именно эта соседка, по подозрению Крессиды Андреевны, являлась автором распечатанного на принтере и прикрепленного возле мусоропровода объявления:

«Не ложите мусор на пол и на раковину в мусорной комнате. Тошто не помещяется в мусора-провод, вы должны принести его в подвал. Помогите содержать чистоту здание для ваших комфортов и для наших.

Адменюстрацея».

Прошла минута, потом еще одна, и еще одна. На пятой минуте ожидания, решив, что о ней забыли, Фотина надавила кнопку звонка. В квартире раздались голоса, потом упал на пол какой-то полый предмет из жести (судя по звуку), за ним еще один, после чего послышалась грубая брань, и затем снова раздалось шарканье, и Валерий Палыч открыл дверь, держа в руках письмо. На носу у него теперь помещались крупных размеров очки для чтения.

– Да, так вот … – начал Валерий Палыч, вникая в смысл письма.

 – Ну, что … Вы, Фотина Олеговна, должны им три тысячи семьсот условных, так сказать, единиц, да? Вот они вам об этом и сообщают. – Он покивал, на всякий случай еще раз посмотрел на письмо, снял очки, и протянул письмо Фотине. – Вот, в общем, и всё, да?

– Но я ни о каких услугах их не просила, и … я не знаю … это какая-то ошибка.

– Почему же? – удивился Валерий Палыч. – Давайте, Фотина Олеговна, рассуждать логично, да? Мы ведь с вами, да, люди логические.

Адрес ваш? Ваш. Имя на письме стоит ваше? Ваше. Следовательно, именно вы и задолжали этой «Комиссии» именно эту сумму.

– Нет, это недоразумение, я…

– Ну, если вы считаете, что это ошибка, да? Нужно им позвонить, и сразу все выяснится.

– Я пыталась, но это очень трудно, там не отвечают…

– Ну, это теперь везде так, – сокрушенно и почти сочувственно сказал Валерий Палыч. – Много организаций, много работников, много дел. Никому не дозвонишься.