Добронега

 – Попрятались, двери позапирали. И то сказать – астеры, что с них возьмешь. В Ростове бы такое от шведов не потерпели бы, а в Киеве подавно. Позорят новгородцы край наш. Шведы их презирают, и правильно. Я бы на их месте тоже презирал. Отец мой был воин, и дед воин, и прадед воин, и прапрадед воин… А эти астеры, торгаши новгородские… да…

– Молчи уж, – сварливо заметила бабенка Светланка. – Ростовчане твои лучше, что ли. Тебе бы только хвастать.

– Ты их видела, ростовчан? – тут же разозлился парень. – Да ростовчане, заметь, гнали бы этих удальцов до самой Швеции и дальше!

Раздался стук в дверь.

Парень оглянулся по сторонам, посмотрел презрительно на Хелье, и бросил тихо, —

– Что, страшно? Ха. Шведы небось нагрянули. Ну-ну, посмотрим.

Он облокотился на стол и стал смотреть в сторону входа. Светланка хлебнула браги и стала злобно поедать ветчину.

– Не чавкай, – велел ей парень.

– Отвянь, – злобно и презрительно отозвалась она.

Хозяйка Евлампия с очень серьезным видом прошла к выходу.

Вскоре в крог ввалились четверо крупного телосложения малых с хамоватыми лицами и наглыми улыбками.

– Не бойсь, хозяюшка! – воскликнул один из них. – Не обидим! Тащи нам бодрящий свир, жажда мучит защитников земли новгородской! Хо! Эка он, хорла, меня по плечу задел. Здоровенный кулачище варанговый!

Ухари сели за стол ближе к печи и начали пировать, громко переговариваясь и смеясь.

– Хорошо себя чувствуешь, когда с врагом разобрался, – поделился один из них, вынимая из ножен сверд и осматривая его.

 – Как бишь он сказал? Беги вон?

– ПрыгАй! Он сказал прыгАй!

– Точно! «ПрыгАй, хольмгарден свинен!» А?

Все четверо засмеялись нехорошим смехом.

– Ну, – провозгласил первый, обращаясь ко всем посетителям крога сразу, – мы его там и порешили. За вас, народ честной, кровушку льем, жизни свои размеренные кладем. Он стал своих звать, да место было тесное да темное. Нет, врешь, брат, не дозовешься.

Светланка выпила полную кружку браги и налила еще. Парень ее слушал ухарей, не зная, одобрять ему их поведение или нет.

Остальные посетители, делая вид, что им уже пора, стали расходиться по одному. Каждого уходящего парень одаривал презрительной улыбкой, время от времени поглядывая на Хелье и, очевидно, ожидая, что Хелье тоже уйдет. Но Хелье не уходил.

– Ладно, купец, – произнес парень снисходительно. – Выпьем!

Хелье подставил кружку, и парень наполнил ее до краев.

– А ты больше не пей, – наставительно заметил парень Светланке.