На крючке

Знаешь что, госпожа Милославская, надо бы у тебя конфисковать эти твои карты. Стало бы всем легче жить!

Он расхохотался. Самойлов поддержал его несмелым смешком.

– Или труднее, – не согласилась Яна. – Вижу, ты весь в предвосхищении вкусной и здоровой пищи.

– Звучит зловеще, – снова захохотал Руденко. – Да, ты угадала, я думаю об обещанном тобой обеде. Знаешь что, Яна Борисовна, если мне по поводу каждого трупа содрогаться да слезы лить – никаких нервов не хватит!

– Знаю я это все! – раздраженно отмахнулась Яна, – это уже стало в ваших речах общим местом.

– Но ведь это на самом деле так! – воскликнул Руденко, выезжая на дорогу. – Здесь недалеко.

– Странная история, – Яна закурила. – Я-то не приняла всерьез ее слова. У меня, кстати, есть номер машины, из которой якобы за ней следили, проверишь?

– Конечно, – широко улыбнулся Руденко, настроение которого в корне переменилось, видимо, убийство при упоминании Яной имеющегося у нее номера машины показалось ему легкораскрываемым.

– Работала старшим крупье в казино «Большая игра», – Яна выпустила дым в приоткрытое окно.

– Кому же понадобилось ее убивать? Она что, ворочала деньгами? – с недоумением в глазах спросил Руденко.

– Да какие там деньги! – усмехнулась Яна, – Нет, скорее, причина в чем-то другом.

– Амурные дела? – Руденко нацепил на нос старомодные темные очки – солнце слепило глаза.

– Может быть, – Яна на секунду задумалась. – У нее в квартире все перерыто.

– А ты откуда знаешь? – Руденко тут же замолчал. – Ах да, ты ж видела!

Он произнес последнюю фразу со смесью дружеской иронии и своего обычного недоверия.

– Видела, – многозначительно посмотрела на него Яна, и он несколько смущенно улыбнулся ей в зеркало. – В ее квартире что-то искали. Либо она появилась не вовремя, поэтому и была убита. В таком случае убивать ее никто не собирался. Просто так получилось. Либо вначале ее убили, а потом уже произвели обыск.

– Хорошенькое дельце, – усмехнулся Руденко. – Кому она понадобилась?

– Ты уже спрашивал об этом, – меж черных Яниных бровей тонкой змейкой скользнула морщинка неудовольствия.

– Прошу прощения, – тоном оскорбленного балагура сказал Руденко.

– Не исключено, что Женя знала убийцу и сама впустила его в квартиру, – не обращая внимания на обиженный вид Руденко, продолжала Яна. – После того, как Женя была убита, он стал рыться в ее вещах.