Паутина

Ей хотелось помолчать некоторое время, глубоко вдыхая этот почти загородный воздух.

Клиент смотрел ей вслед, пока она не скрылась за ближайшим поворотом. Они договорились или созвониться, обменявшись телефонными номерами, или встретиться, как только что-то прояснится. Гадалке осталось только поймать такси и мчаться к знакомому уже месту.

Почти сразу, как только она подняла руку, возле нее притормозил старенький автомобиль. Глуховатый старик никак не мог понять, куда именно следует отвести эту женщину. Яна, отчаявшись найти у него понимание, протянула ему две сторублевых купюры и сказала:

– Поезжайте.

Водитель глянул на деньги подозрительно, но довольно быстро заставил их исчезнуть в засаленном кожаном кошельке, который он запихал подальше в задний карман помятых брюк. Милославская периодически указывала ему дальнейшее направление. Другого разговора они не поддерживали. Старик громко кашлял, да так, что все в его груди, казалось, булькало и сотрясалось. Яне думалось, что в эти минуты он просто не мог управлять автомобилем, однако мужчина ловко лавировал между довольно солидных авто.

Через сорок минут они оказались на загородной трассе. Далее следовало ехать прямо, не сворачивая, о чем Милославская сообщила старику.

– Долго? – хрипло спросил он.

– Минут пятнадцать-двадцать, – коротко сказала гадалка.

Она взволнованно ожидала приближения к месту. В ее сознании всплывали печальные воспоминания, тоска щемила грудь, и сердце билось чаще. Кроме того, Яна уже искала на дороге признаки произошедшей аварии: ГАИ, образовавшиеся заторы.

Вскоре она увидела нужный поворот и попросила водителя притормозить. Тот удивленно остановился. Милославская, не забыв о словах благодарности, вышла на улицу. Старик, наполовину высунувшись через окно, протяжно спросил:

– А вам, собственно, куда? В Синенькие что ли? Так я вас до места могу довести. Пешком тут далековато, километров восемь с лишком будет.

– Нет-нет, спасибо, мне сюда, – торопливо проговорила Милославская.

Старик сделал удивленную мину и, развернувшись, уехал. Гадалка оказалась одна посреди неширокой трассы, окруженной бесконечной серо-желтой степью, у горизонта зеленеющей. Большой огненный шар наполовину опустился уже за край земли, окрасив небо вокруг ослепляющим пурпуром. Тихий ветерок не давал уснуть пожухлой траве, шевеля ее опустошенные стебли.