Амиго, мачо, сеньорита…

 – Мы не собираемся тебя обманывать! – стараясь его убедить, добавила она, по-своему истолковав его сомнение.

– А я и не боюсь! – криво усмехнулся он. – Придет твой Костя, заберете свои деньги и пойдете подыскивать себе новое жилье. У кого хотите – хоть у родственников – у тетки-щетки, хоть у кого попало. Свалились тут на мою голову! – И он шагнул широко в сторону своего кресла и, усевшись, не без ехидства взглянул на нее. – Как тебе такая переспективочка?

– Как же так, Кеша! – в полной растерянности произнесла она.

– Можно! – крикнул он яростно. – Еще как можно! Понаехали тут! – Вдруг он снова вскочил и быстро приблизился к ней. – И почему ты все время называешь меня Кеша, а?! Я – не Кеша! Я – Геша! Запомни! Геннадий, то есть… поняла?

Она быстро кивнула, а затем попыталась обескуражено извиниться:

– Ты прости… Вчера нам послышалось… Действительно, как-то неудобно.., Хорошо, Геша – так Геша. Будем называть тебя правильно. Ты только не обижайся так, ладно?

– Послышалось, показалось, – злобно проворчал он.

Вдруг она снова встрепенулась и более живым голосом предложила:

– Слушай, а давай я тебе укладочку сделаю, а?

Он уничтожающе глянул на нее – она на протяжении всего их разговора, не смотря на всю свою соблазнительность, показалась ему немножко дурочкой, и прыснул:

– Укладочку? Мне?!

– Ага…, – невозмутимо кивнула она.

– Черта с два тебе, а не укладочку, – отбрил он, вновь обескуражив ее.

Она медленно прошла к своему месту и, усевшись, на всякий случай, еще раз вопросительно взглянула на Гешу, но тот сохранял на лице полную неприступность. Тогда плечи ее как-то опустились, ужались куда-то, и Мария стала выглядеть совсем как маленькая, кем-то сильно обиженная девочка, каковой, в сущности, она и являлась.

Он был так груб с нею – этот Геша, но, даже не смотря на грубость, чем-то ей нравился – возможно, тем, что оказался таким похожим на Костю: столь же высокий, стройный, только волосы светлые, с таким же дерзким и красивым разворотом плеч, а возможно чем-то другим, необъяснимым – кто знает!

Так как все возможности для удачного завершения тяжелых переговоров с таким неуступчивым партнером были исчерпаны, оставалось только ждать прихода Кости.

Она отвернулась к окну.

А за окном, приветствуя солнечное майское утро, радостно пели птицы.