Три дня, которые…

Так кого же ей позвать на почту?

– Может, тебе еще для храбрости плеснуть? – Светлана Петровна словно прочитала сомнения Ирочка.

– Нет, что ты! Мне достаточно! – запротестовала та, отодвигая от себя кружку. Идея – пить вино во время рабочего дня из кружек в кабинете начальницы – уже была сама по себе странной.

– Еще чуть-чуть! – не унималась та и налила еще.

Наконец обед закончился, и Ирочка, слегка раскрасневшаяся и приободренная после выпитого, подошла к Женечке. Тот сидел на своем рабочем месте и усердно создавал видимость работы.

– Светлана Петровна просила Вас помочь мне с посылками, – преодолевая волнение, произнесла Ирочка. – Вот извещения.

Хоть она и выпила для храбрости, но страх все равно полз противной гусеницей вдоль позвоночника. Женечка, демонстративно закатив глаза, отложил в сторону папку с бумагами. Синичкин в этот момент словно бы ненароком уронил на пол пресс-папье и оно раскололось на две части.

– Теперь понятно, почему жертвой выбран я, – хмыкнул Евгений Павлович, бросив быстрый взгляд на неудачливого коллегу.

Евгений Павлович поднялся со своего места и направился к выходу, не потрудившись даже подождать коллегу. Он снял с вешалки пальто, шляпу и скрылся за дверью. Ирочка в спешке вернулась к своему столу, схватила сумочку и затолкала в неё почтовые извещения. Затем она подскочила к вешалке, накинула на плечи пальто и вылетела вслед за Женечкой.

Синичкин печальным взглядом проводил обоих и принялся собирать осколки стеклянного пресс-папье.

– Ираида Степановна… – начальница выглянула из своего кабинета. – А… Уже ушли…

Тогда она перевела взгляд на Синичкина:

– Василий Николаевич, вот еще одно уведомление, которое я забыла отдать. Догоните, пожалуйста, своих коллег, пока не поздно.

Синичкин радостно подскочил на ноги, оставив лежать осколки на полу, схватил со спинки стула серый пиджак и случайно уронил фикус, стоявший рядом.

Он уже был в дверях, когда его окликнула начальница.

– Василий Николаевич! Уведомление!

– Ах, да, конечно! – он развернулся на полпути, забрал заветную квитанцию и скрылся за поворотом.

– Как малые дети! – Светлана Петровна развела руками и вернулась к себе в кабинет. – Верочка, кофе!

Верочка снова засуетилась у кофейного столика. Брюнетка недовольно хмыкнула. Еще бы! Вокруг её персоны никто не крутился и, кажется, даже нарочно забыла про неё.