Hannibal ad Portas – 9 – Пока еще любовницы

– Для того, чтобы так говорить, ми-лая, надо было создать свой публишэн дом-ик.

– Я понимаю, чуть раньше времени, но готова – почти с самого детства – стать, быть, готовить и прибираться в твоем дворике-дворце, как:

– Зара Леандер.

– Хорошо, можно я спою, тебе понравится.

– Спой мне эту – как иё?

– Кого его?

– Если будешь дурковать – выгоню.

– Хорошо, хорошо, я сейчас, только наряжусь пастушкой.

– Не надо, ибо на этой неделе Катькой Два, – хочу начать русскую историю.

– Как обычно?

– Да, с немки. Хотя, извини, я не могу просто так трахать людей.

– Разумеется, я просто так и не дам, – поэтому.

– Да?

– Бэ. Давай сразу договоримся, сколько бутылок коньяка не меньше пяти звезд ты будешь закупать для меня.

– На месяц?

– Начнем с недели.

– Пять.

– Двенадцать.

– Почему?

– Один день в неделю я не пью.

– Это мало.

– Но и трахаюсь так же – великолепно.

– Хорошо, начнем с позы: вверх ногами.

– Я сегодня уже пила – меня вырвет.

– Не на меня – будем надеяться.

И началось.

А именно?

– Ресторан подошел и остановился, банкетный зал при ём, – не всегда бутылками кока-колы, фанты, спрайта, некоторых соков и вином разных сортов, вплоть до армянского коньяка, – заваленный.

Хеннесси? Пришлось не применять, сам не пью, но стоит только отлучиться в какую-нибудь неотложно примененную сан-комиссию – специально и:

– Как нарочно, – воруют.

Неожиданно прорвалась ко мне на прием одна проце-дура очень малореального формата, но права – даже за моей личной подписью – имеющая. Когда подписал:

– Лучше и не вспоминать, чтобы плохое не вернулось, а хорошее я попытаюсь и так:

– Хочешь взять меня живьем?

Или – как раньше мечтал – трахнуть меня на потолке.

– Этого не может быть, – ответил.

– Ты так говорил.

– Наверное, я только мечтал.

– Было очень похоже на реальность.

– Реальность – не есть наша цель, ибо не так говорила, как всем рассказывает.

Проснулся только после тихого часа – как в пионерлагере – и пока не могу понять:

– Неужели это была наша то ли воспитательница, то ли вожатая, то ли глава кружка – нет, не про лобзик, к счастью и не про художества теней кубика Пабло Пикассо, на котором вполне можно сидеть такому увальню, каким был Аякс, Гомером в виде Гектора побежденный.