Счастливчик Джонни

Лера открыла одну бутылку красного полусладкого вина, налила себе стакан и выпила. В два приема. Потом она положила голову на руки и зарыдала.

А в Москве у Станислава Алексеевича осталась дочка. Ей было уже много лет. Двадцать. Училась она в свое время в Америке и в Лондоне. И все бы было у нее хорошо, если бы не два обстоятельства. Первое это то, что Лиза осталась без денег, не успел Станислав Алексеевич оформить на ее имя ничего. Никаких акций, никакой недвижимости. Второе обстоятельство Лиза придумала себе сама.

– И это вместо того, чтобы стать юристом или экономистом. – Так воскликнула ее мамочка, когда узнала, что ее дочь бросила очередной университет. – Это плохо кончится.

Но Ариадна Теодоровна погибла два дня назад в автомобильной катастрофе. Ее автомобиль упал с моста. Она просто не справилась с управлением. Так было написано в протоколе дорожной милиции.

Лиза писала роман в небольшом лесном домике, который ей подарил отец.

Запах свежих бревен смешивался с запахом анти-комариных таблеток, которые были воткнуты во все розетки.

Когда Лиза вернулась из Лондона, она прямо из аэропорта приехала сюда. Провела два дня в домике и поехала в Москву, Она узнала, что ее мать уже похоронили. В московских квартирах все вещи были выброшены из ящиков, валялись перевернутые стулья.

Лиза поехала в загородный коттедж, а там ее уже ждали.

– Кто вы такие? – спросила она.

– Кто мы такие? А кто мы такие? – удивленно обратился один из мужиков к другому.

– Мы, – сказал второй, – жизнь и смерть. Решаем, жить тебе или умереть.

– Пусть живет, – сказал первый, – ей все равно ничего не принадлежит.

– Ты уверен, ничего? – второй прошелся по комнате.

– Абсолютно. Кое-что принадлежало ее матери, а ей ничего. Только домик в лесу.

Лиза очень удивилась, они знали об этом домике!

– Сколько ты хочешь за него? – спросил один из них.

– Я его не продаю, – ответила Лиза.

NОТЕ.

– Видишь ли, милая, мы не занимаемся благотворительностью. Твой отец нам должен. Поэтому мы заберем все. И твой домик тоже.

– Но мне негде будет жить! Это мой дом, и я вам ничего не должна. Поэтому я его вам не отдам.

– Ну ладно, – сказал один из них, – об этом потом поговорим.

– Макс! Займись ей.

Из другой комнаты вышел высокий наглый парень и спросил, до какой степени вести допрос.