Озеро, которого нет

Кажется, я его даже знаю… Интересно, кто он теперь, чем занимается?

– Пастух, наверное, – бросил Ромка небрежно. – Гусей по болотам гоняет.

– Фу, Рома, как тебе не стыдно! Если я не ошибаюсь, зовут его Слава, дядя Слава, и он, помнится, совсем недурно учился в школе и даже куда-то поступал… Папа, – обратилась она к деду, – ведь это Славик, да?

– Где? – спросил Максимыч, высматривая что-то у себя под ногами. – Чего-то не разгляжу, стар стал.

– Да вон там, за садовой изгородью. С ним еще две девочки.

– Слава жене муж ее, – отозвался дед хмуро, – так у нас принято. Или в гости позвать?

– О чем ты, папа! Я про то, что у него дети. Две девочки, да? Ромке подружки…

– Может, и так… Только нам с тобой до того дела нет, без нас разберутся. Пойдем-ка в дом, краса-девица, поможешь на стол собрать. А ты, – кивнул Максимыч Ромке, – коли охота, можешь пока тут поскучать. Осваивайся, держи нос по ветру. Ты тут за хозяина.

Мама с дедом зашли в дом, а Ромка, уныло кивнув в ответ, сунул руки в карманы и неторопливо зашагал по двору, поглядывая по сторонам, как будто его и на самом деле интересовали все эти сараюшки, дровники и верстачки, сработанные руками его деда и расставленные по своим особым местам.

– Нет, пап, чего-то с ним не то… Бродит, как неприкаянный, по двору, а глаза такие… такие тоскливые, что у собаки бездомной, – сказала девочка постарше, которая была выше своей сестренки на целую голову.

– Устал, верно, с дороги, – пожал плечами мужчина. – Может, переучился. В Москве ведь, знаешь, школы какие…

– Какие?

– Ну, как тебе объяснить? Заумные.

– Как это?

– Ну, это когда ум за разум заходит, а кушать все равно хочется.

– Он не очень-то похож на голодного, – младшей сестренке тоже хотелось высказаться. – Просто… просто он какой-то растерянный весь, как будто из леса пришел.

– Ты что, отозвалась старшая, – в Москве, знаешь, сколько народу живет? Глупая!

– Знаю, много их там. Ну и что? Нас же там нет! Таких, как мы, он никогда не видел. Вот и одичал сразу. Да, пап? В этом смысле он дикий?

– Мегаполис, – мужчина грустно улыбнулся, – это понимать надо… Он не дикий, он – комнатный.

– Комнатный дикарь! – фыркнула старшая девочка.