Западня

Но, не успев сделать и двух шагов, споткнулся о распластавшуюся по земле Таню и с воплем нырнул в пустоту.

В эту секунду Костя почувствовал, как корешок под ногой лопнул, сила тяжести все-таки взяла свое, и они с Мишкой полетели в разверзнувшуюся пропасть, увлекая за собой Таню…

2

Костя открыл глаза. Он лежал на спине. Что-то твердое неприятно давило под лопатку. По лицу больно хлестал мелкий град. Время от времени вспышки молнии озаряли небо, кусочек которого виднелся вверху. Костя пошевелился, левая рука была придавлена чем-то мягким и тяжелым.

– Таня! Гера! – с трудом выдавливая из себя слова, позвал Костя.

– Костик, ты, конечно, не такой тяжелый, как я, но тоже, скажем прямо, не Дюймовочка, – донеслось снизу.

– Мишка! – обрадовался Костя.

– Ребята, мы где? – простонал Герман. – Я тут на чем-то вишу.

Костя пошарил в темноте руками.

– Не вижу.

Он поднял голову, очередная вспышка осветила отчаянно протянутую руку Германа.

– А где наш первопроходец? – поинтересовался Мишка. – Так, вот палатка. Черт! Доски какие-то. Ага, кажется, нашел.

Костя и Мишка, аккуратно перебирая плотную ткань палатки, нащупали отверстие-вход, и стали потихоньку сворачивать мокрый брезент.

– Есть! Тащи. Осторожно!

– Ребята, он живой? – прошептал Герман.

Послышался приглушенный стон.

– Живой! – воскликнул Мишка и бросился обнимать Васю.

– Что… это было? – еле двигая губами, спросил тот.

– Что-что! Накаркал ты, зануда, – пробурчал Герман. – Молния шарахнула – земля разверзлась.

– Прежде всего, надо понять, где мы, – сказал Костя. – Не видно ни черта. Яма какая-то, палки, бревна.

– Ловушка для мамонта, – вставил Мишка. – Эх, сюда бы рюкзак. Там хоть фонарик был.

– Мужики, – простонал Вася, – у меня… рюкзак…

– Васёк! – воскликнул Мишка. – Ну, ты молодец! Откуда?

– Я когда палатку ставить полез, с собой его взял, чтобы не промок.

– И где же он?

– Да прямо на мне. В смысле, подо мной, я на нем лежу.

Мишка аккуратно приподнял Васю, а Костя стянул с него рюкзак, нашел фонарик и торопливо щелкнул выключателем. Яркий луч прорезал темноту. Град прекратился, только дождь нескончаемым потоком продолжал поливать промокших насквозь туристов. Они сидели на куче мокрой земли, кое-где торчали обломки полусгнивших деревянных балок и досок.

– Танька, ну-ка подвинься, – сказал Костя.