Книга тайн

– Но принцесса не замужем. Что скажут…

– Вот потому я призвал тебя, Диокл. Мой сын про это не знает. Не стоит ему сообщать. Птолемей слишком горяч. Я желаю держать совет с тобой. Ты же знаешь, что здоровье у принцесс из рода Лагов отменное. Скинуть ребенка ей не удастся. Она рождена для материнства. Таковой была и её мать.

– Тогда стоит срочно выдать её замуж, Птолемей.

– Про это я и сам подумал. Но сам понимаешь в её положении это сделать не столь просто. Конечно, многие мои подданные с радостью возьмут принцессу даже беременную.

Но моя дочь заслуживает самого высокого жребия в жизни.

– Тогда царь Фракии Лисимах, государь.

Диокл сразу дал бывшему царю хороший совет. Старый Лисимах, в которого вселился бес похоти, требовал молодых девушек и при его дворе их был целый гарем. Этот царь не станет привередничать, получив в жены такую красавицу, путь и беременную.

Птолемей засомневался:

– Лисимах?

– Лисимах не станет раздувать скандала, узнав, что твоя дочь беременна, Птолемей.

Тем более что Лисимах стар, и скоро умрет. И твоя дочь станет респектабельной вдовой.

Птолемей подумал, что старый философ прав. Это был отличный выход.

– А позволь тебя спросить, государь.

– Я просто Птолемей, Диокл. Я более не государь. Такое обращение теперь приличествует лишь моему сыну Птолемею Второму.

– Хорошо, Птолемей. Но могу я задать тебе вопрос?

– Конечно, мы же друзья.

– Ты знаешь кто отец ребенка молодой принцессы?

– Мне пока не удалось этого узнать. Но мои слуги ищут нечестивца посмевшего посягнуть на дочь и сестру царя.

– Я могу помочь тебе это узнать, Птолемей. Твои слуги нерадивы и никого не найдут. Для такого дела надобен философ. Поиск истины моя задача.

– Будь, по-твоему, Диокл. Этим ты окажешь мне большую услугу…

Дворец фараона. Покои царственной принцессы Арсинои, дочери Птолемея Первого и царицы Береники Прекрасной.

Год 283 до н. э.

Таксиарх Ахилл в медном греческом панцире в форме человеческого торса, в ребристом шлеме и при оружии проверял посты во дворце.

Так он делал всегда, когда нес стражу. Ему было доверено слишком многое – безопасность царского семейства, и за нарушения никто его не помилует, даже отец помочь не сможет.

Стражи стояли по местам и напоминали скорее статуи, чем реальных воинов. Они были неподвижны и крепко сжимали в руках щиты и древки копий. На стороне царской дочери охрана была утроена в последний месяц. И это добавило таксиарху новых хлопот.