Спальный район

Он хотел было задать довольно много вопросов, типа, откуда вдруг взялся этот зверинец, надолго ли он оккупировал пустырь, каких зверей там будут показывать и когда начнут пускать народ, но насмешливой цыганки уже и след простыл. Она исчезла столь же внезапно, сколь и появилась.

Никита с облегчением вздохнул и ускорил шаг по направлению к диковинному зверинцу.

– Это чего, зверинец? – на всякий случай уточнил он у поглядывающего на суету вокруг фургонов пацана.

– Ну, – со знанием дела ответил тот, даже не посмотрев при этом на Никиту.

– А когда откроется, не знаешь? – как бы между прочим поинтересовался Никита.

Ему отчего-то совсем не хотелось выказывать чрезмерный интерес к столь внезапно появившемуся на пустыре зверинцу.

Ведь еще вчера тут и признаков его не было, Никита это точно знал, он здесь как раз накануне проходил.

– А вечером, – неохотно сказал пацан. – Часов в шесть или в семь.

– А какие там звери? – продолжал расспрашивать Никита.

– Разные! – недружелюбно отрезал всезнающий пацан, давая понять, что беседа на этом заканчивается.

Но Никита и не думал прекращать такой важный разговор.

– Например? – настойчиво полюбопытствовал он.

– Осел, например, – явно не без намека процедил его нелюбезный собеседник.

– А еще? – не отставал Никита.

– А еще лошадь, – раздраженно процедил паренек. – В смысле пони. Потом коза.

– Одни парнокопытные, что ли? – въедливо расспрашивал Никита. – Только скот?

– Почему ж только скот! – возмутился хорошо осведомленный пацан.

– Неужели медведь?!. – искренне восхитился Никита.

При этом сердце его отчего-то учащенно забилось. Можно было подумать, что он всю жизнь только и ждал, чтобы к ним в Бирюлево приехал медведь.

– А какой? Бурый?

– Не белый же! – резонно заметил паренек. – Откуда здесь белому-то взяться! У нас тут льдов нету.

При этом он в первый раз за весь разговор повернул голову и оценивающе покосился на Никиту.

Осмотр явно не удовлетворил его. Он неодобрительно покачал головой, потом глубоко вздохнул, давая понять, что с кем только не приходится иметь дело, и снова уставился на обустраивающийся зверинец.

Никита не решился дальше тревожить раздраженного пацана. Тем более что основные сведения о происходящем на пустыре он уже получил. А все остальное выяснит уже самостоятельно, когда зверинец откроется.