Рафаэль и бабы-жабы

– Употребление мяса – это пережиток, анахронизм далекого прошлого, когда ради выживания наши дикие предки с палками и камнями охотились на мамонтов и других крупных животных. Теперь в этом нет необходимости, достаточно растительной пищи, – продолжил он.

– Евдоким Саввич, вы можете отказаться от мяса, а я от нежных лягушачьих лапок – никогда! – твердо заявила Виола Леопольдовна. – На одной растительной диете мой могучий организм не продержится. В овощах, фруктах и ягодах много витаминов, но мало белка и калорий.

– Не огорчай Виолу своими бредовыми идеями, – набросилась на соседа Швец. – Хватит нас доставать рассказами о своем псе. Выкинь из головы, никому не рассказывай о своих фобиях и фантазиях, а то посчитают, что «крыша» поехала и отправят в дурдом к Маграму. Засмеют и даже изобьют.

Имя психиатра Маграма было у горожан на слуху. Каждый норовил своего обидчика или соперника сделать его пациентом и Тамила туда же.

– Есенин много сочинил стихов о природе и любви, – продолжил художник, пропустив претензии соседки мимо ушей.

– Не слишком его возвеличивайте. Сережка еще тот был гуляка. Он сам себя в поэмах и стихах называл хулиганом и забулдыгой, – вступилась за Тамилу риелтор. – Это он написал: «…где всю ночь напролет до зари я читаю стихи проституткам и с бандитами жарю спирт», «Хулиган я, хулиган, от стихов дурак и пьян». Есенин пил, буянил, мутузил Айседору Дункан, других своих жен и любовниц. Хотя поэт он замечательный, душевный. Что на это, маэстро, скажите?

– У каждого человека есть слабости, свои тараканы в голове.

Осекся, ибо напрашивалась фраза «на халяву выпить, закусить…»

– Рафаэль, а какие у тебя слабости, тараканы в голове? – сбила его с мысли соседка.

– Тебе со стороны виднее. Моя оценка будет сугубо субъективной, а значит недостоверной.

– Мне, кажется, что тебя обуяла мания величия. Ты возомнил себя великим живописцем, ровней Рафаэлю.

– Если бы меня обуяла эта мания, то я бы не скромничал, а ходил бы по инстанциям, стучал во все двери, требовал признания, организации персональных выставок и продаж картин на аукционах по высоким ценам, как это делают халтурщики.

– Кому надо твое фуфло? Разве, что на растопку печей, – уязвила его Тамила.

Привыкший к ее колкостям, Суховей продолжил в ином ключе.– Есенин писал о себе с горькой иронией. Не от хорошей жизни уходил в загул.