Последняя афера

Порой казалось, что проще отыскать десять миллионов, недостающих на операцию, чем желаемую книгу. Только он успел подумать об операции, как на него тут же свалилось странное чувство. Это не было печалью или предвкушением чего-то радостного, скорее, некая смесь страха перед неизвестностью с эйфорией, какую бы мог испытывать человек, навсегда покидающий свою родную страну.

Он не испытывал необходимости видеть, чтобы жить. Его счастье зиждилось на звуках, вкусах, запахах и мыслях. "Но что же будет, когда я вновь смогу увидеть этот таинственный мир, наполненный разноцветными картинками?" – думал он – "Есть ли придел тому счастью? Каково это – впервые за десять лет увидеть лицо своей подруги, узнать, как выглядит Майя, вновь узреть закат, увидеть своё отражение? Каково это – видеть?" – От будоражащих мыслей его руки полностью покрылись мурашками.

Почувствовав под подошвой знакомую крышку ливневого люка, Анвар сбавил ход, подтягивая шлейку на себя. Впереди него была узкая пешеходная дорожка, зажатая между огромным торговым центром и оградительным леером проезжей части.

На этом участке его часто сбивали прохожие.

Преодолев все испытания, он наконец-то добрался до трамвайной остановки, где было более просторно. Остановившись подальше от скамьи, где сидели дожидающиеся своего трамвая, Анвар вытащил сигарету из пачки и, чиркнув зажигалкой, закурил.

– Мужчина, здесь вообще-то не курят, – надменным тоном протянула женщина, сидевшая на скамейке.

Анвар безукоризненно соблюдал законы и, к тому же, уважал права некурящих.

Но весеннее настроение толкало на глум.

– Извините, а здесь – это где? – придуриваясь спросил он.

– Здесь – это на остановке! – прозвучало в ответ. Последняя часть фразы уже была озвучена двумя женщинами одновременно.

– А что, тут где-то остановка? -продолжал прикидываться Анвар.

– Нет, мужчина, здесь место для курения, а мы пришли сюда чтобы вам докучать.

Анвар развернулся в их сторону и начал приближаться к лавочке.

– Прошу прощения, дамы. Меньшее, из того, чего бы я мог пожелать – это создать вам неудобства.

Прошу отнестись с пониманием к произошедшему. Слепому человеку трудно ориентироваться на незнакомых улицах, а моя замечательная собака Майя, хоть и умна, но к сожалению, недостаточно, чтобы знать, где её незрячему хозяину курить можно, а где нельзя.

Сидевшие на лавочке женщины опешили. Выпучив глаза, они пристально вглядывались в его неподвижные серые глаза, вокруг которых виднелись жуткие шрамы.