КЭТИ (часть первая)

Короче, минимум косметики и максимум превосходства. На ней был лёгкий голубой сарафан в белый цветочек, розовая блузка и нелепые розовые кроссовки на огромной подошве. Николай был попроще, да от него и не требовалось. Они рассматривали друг друга.

– Как же вы, – начал он, – эти сведения, эти дурацкие блестящие туфли, ведь сорок лет прошло, я сам ничего не помню, а вы такая молодая, откуда всё это?..

– Ну я, допустим, чуть постарше, чем вам кажется.

– Потрясающе! Что же всё это значит… вы что, воюете с плохими парнями?

– Парни это мусор, – расхохоталась Катя.

Она оставила растерянного Николая Фёдоровича посреди высветленного урбанистического пейзажа и зашагала прочь.

3. A в это время, по перпендикулярной улице тоже идёт девушка. Она идёт в магазин. Её зовут Настя. – Посмотрите какой у меня мальчик. – Она показывает трёхлетнего лысоватого мальчика "вконтакте" и мило улыбается. Но это на фото, а в жизни бывают моменты когда она просто орёт на этого мальчика или тихо-тихо ядовито шипит.

На мальчика и ещё на гражданского мужа, Костю. Который ждёт её с баночкой пива из магазина. Скорее, с двумя баночками, если хватит мелочи. И вот, на перекрёстке, она переходит дорогу и слышит своё имя.

– Настя, Настя, – Кто-то негромко окликает её. А она занесла ногу для очередного шага и молчит. Долго. Долго думает. Я не долго думаю, – думает она, – просто не сразу говорю, и не сразу делаю, – думает Настя. И через мгновение уже бампер грузовика, и темнота. И будто не дышит. Какие-то расплывчатые фигуры собираются вокруг.

Представители доминирующей цивилизации. И вот, в эту кучу народа, врезается следующий грузовик. Такое редко случается. Однако, имеет место быть.

– Что же это творится! – восклицает пожилая женщина, к счастью, не успевшая оказаться в эпицентре трагедии. Эта женщина никому не нужна, вот её и не задело. Можно ведь и так подумать.

Несчастный случай на перекрёстке проспекта Ленина и улицы Жданова, лояльно переименованной в Ленинградскую. Крики, гудки, пыль, сгрудившиеся машины, бурые пятна и разбросанные тела на жёлто полосатой зебре перехода, бесконечные зеваки… и улыбка.

Зловещая улыбка, прыгающая по тёмным углам и крышам соседних строений. Мимолётное видение, доступное только восприятию Екатерины. И никому больше.

– Значит она уже в городе, – подумала вслух Катя.

Быстро оценивая ситуацию, она подбежала к страшной свалке. Семь двухсотых, одна живая, отделалась трещинами рёбер, плюс небольшое сотрясение и общий шок.