Стрелец государева полка. Меч падишаха

 – На такие условия твой отец Богдан никогда бы не пошел!

– Что? Ты сказал предательство?

– Да, предательство! Царь отныне станет выбирать гетмана. Его гарнизоны будут во всех Украинских городах и крепостях. И у нас отняли право на отношения с другими державами!

– Погоди, Иван. Царь не выбирает нам гетмана, но всего лишь утверждает его.

– Но при твоем отце Москва в выборы гетмана не вмешивалась вообще, Юрий!

Молодой Хмельницкий мало, что понимал в делах и совершенно не видел тех пружин, благодаря коим государственная машина работает.

– Но они потребуют от меня пойти на заключение такого договора. Так?

– Так, пан гетман. Не просто так именно тебя хотели видеть новым гетманом. Хитер царь Алексей и его советники. Но и мы не глупее. К тебе прибыл еще один посланец, Юрий. Я поначалу не хотел про него говорить. Но теперь самое время после такого письма.

– Кто такой? – спросил Хмельницкий.

– Полковник твоего отца Михаил Криса. Тот самый, что ушел к полякам и не согласился ставить подпись под договором с московским царем.

– Изменник? – спросил Юрий, так как сам слышал, как таким прозвищем некогда обозвал его гетман Богдан.

–Отчего ты называешь полковника Крису изменником? Не он один тогда в 1654 не пошел за Богданом. И он привез тебе привет и пожелания здоровья от польского короля.

–Но сноситься с королем за спиной у царя – измена! Вспомни, что было с Выговским.

–Но царь таким новым договором сам нарушает статьи Переяславского договора. Выслушать Крису стоит, пан гетман. Он ждет, когда ты позовешь его. Он поселился в Чигирине в простой корчме.

–Но его могут опознать, Иван! И что тогда скажет воевода Шереметев? Скажет, что я с поляками снюхался. Здесь посланец Шереметева Ляпунов со своими людьми.

–Крису никто не узнал и не узнает, гетман. Он вырядился купцом продавцом тканей. Вызови на завтра с образцами к себе. Кто про такое что подумает?

–А если его узнает кто-нибудь? – струсил молодой Хмельницкий. – После такого меня воеводы московские прикажут схватить и в железа заковать! И многие наши полковники то решение поддержат. Сомко, Брюховецкий, и с ними многие предадут меня.

– Пан гетман!

– Я не хочу с царем ссориться, Иван.