Эксперимент. Уровень 1

Прадед, дед, отец и сам Лёха были приверженцами Выхода. Как говорит Политрук: “придет время, и мы выйдем отсюда, и, если кто-то нам помешает, мы надерём ему зад. Во Исполнение Устава”. Леха машинально отдал честь.

Конечно, Леха не был таким же упоротым, как отец, но ежевоскресные построения давали о себе знать. Он покачал головой, вспоминая обещание матери быть на прошлом, но, как всегда, забыл. Хлопнув себя по коленям, встал, выключил свет, оставив только аварийный, и задраил за собой шлюз.

– Что ты там постоянно копошишься? – Михалыч пнул вагонетку по колесу и заглянул под днище.

 – Гниль пошла, смотри, я этим лохам из РММ говорил, проварите шов, а им до звезды. У меня группа как-нибудь на рельсы вывалится, я им скажу к кому обращаться.

Он запрыгнул на протертую кожаную сидушку и сердито зыркнул на Лёху:

– Ну, что? Едем или сиськи мнём?

Лёха бухнулся на длинную лавку, на которой еще пол-часа назад сидели и ржали, подкалывая друг друга, пацаны из группы разведки, и уставился в потолок, считая пролетающие стыки золотых плит.

Веки стали тяжелеть и скоро закрылись, где-то на заднем плане бубнил Михалыч, но Леху это еще больше убаюкивало.

* * *

Миша проснулся от настойчивого телефонного звонка и, как обычно это бывает с людьми, резко вырванными из царства Морфея, начал шарить руками вокруг. Наконец, мобила нашлась в складках старого пледа.

– Алло, – он поднес ее к уху, но, по закону подлости, не успел.

– Да, блин, – он уставился на телефон, стараясь сбросить остатки сна.

Оказалось, что звонил вечно неугомонный Червь.

– Аллёэ… – растянуто проговорил в трубку Миха, когда на том конце ответили. – Что хотел?

– Что, спишь там? – Послышался треск и грохот, вперемешку со словами.

– Гарнитура долбится у тебя не по-детски, не слышу нихера.

В трубке снова загрохотало, потом резко все стихло.

– Так лучше? – Отчетливо прозвучал голос Червя.

– Нормально. Что хотел?

– Завтра приедет этот кекс с Одессы. Я с ним контачил сегодня.

Он реально отмороженный. Завтра поезд иду встречать.

– Гонишь, что ли? Какой поезд. Они ж отменили все.

– А, так он это, с Минска едет.

– Блин, а от меня-то что хотел? Идешь, и иди, я при чем?

– А, – Червь хохотнул, – ты ж еще не в курсе, он у тебя будет жить.

– Ты охерел? – Охерел, конечно, в первую очередь, Миха.

– Блин, Мишань, я уже договорился. Тут не откатить. Тем более он уже выехал с Минска.

Миха мутным глазом отсканировал свое жилище.