Испытатель. Шпион товарища Сталина

Девушка отвозила меня в мой особняк на шикарном Хорьхе с открытым верхом, который по слухам ей негласно передал в краткосрочное пользование сам Герман Геринг, нежно целовала в щёчку, мило махала ручкой и укатывала восвояси.

9

Так проходили мои дни. Кто-то скажет, мол, ничего себе, мне бы так!

Как объяснить такому горе-завистнику, что бурный отдых, бьющий красочным фейерверком и праздничным цветным фонтаном, – лишь обратная сторона медали. На другой её стороне – изнурительный, кропотливый, опасный и зачастую неблагодарный труд.

Почему неблагодарный? Потому что, как правило, не слушают. Списывают на обыкновенную человеческую осторожность. Понятное дело, испытатель не хочет рисковать, – вот такой обычно следует ответ.

У конструктора всегда свои особые планы. Лётчик-испытатель против них? Да он просто не знает всех возможностей самолёта!

Хочешь оставаться в обойме, – делай то, что тебе говорит главный конструктор и знай, что если ты разобьёшься, виноват будет вовсе не самолёт и, уж тем более не главный конструктор, а ты, ты и ещё раз ты.

Приятная работа? Рискуй жизнью, выполняй заведомо провальные задания, потому что всем плевать на твоё мнение, и иди в полёт даже тогда, когда ты прекрасно понимаешь, что добром такое испытание не окончится. Так разбился Валерий Чкалов, так разбились многие наши лётчики-испытатели, а позже – некоторые из космонавтов, но я не хотел бы поднимать здесь столь специфическую тему.

У нас с Хелен, наконец, состоялось довольно бурное выяснение отношений.

Она призналась мне, что никогда не имела близости с мужчиной. Она не желает размениваться на пустяки!

Её главная цель – овладение профессией лётчика-испытателя. У нас всё будет, но вначале она должна стать лётчиком-испытателем. Похоже, она предложила мне заключить своеобразный договор.

Я в очередной раз поверил. Мы штудировали самолёт, как модный французский женский журнал.

Хелен оказалась способной ученицей, и многое освоила всего за каких-то несколько месяцев.

Я лез на стенку, но она делала удивительный расслабляющий массаж, после которого я спал, как ребёнок в колыбельке, и отвлекала меня культурными мероприятиями, а также пивом, прекрасным баварским пивом в нашей «Весёлой наковальне», и общением с пилотами Люфтваффе. Занятные они были парни!

Хелен тоже была занятным парнем. Точнее, она была великолепным мужским психологом.

10

Когда я занялся обучением Хелен, кажется, случилось невероятное.