Она. Дневник восьмиклассника

Она. Дневник восьмиклассника

Владилен Елеонский

Болезненный подросток безответно влюблен в спортсменку-одноклассницу, одноклассники смеются над ним, однако болезненность приводит к тому, что он раскрывает в себе способности, вызывающие восхищение.

Она

Дневник восьмиклассника

Владилен Елеонский

© Владилен Елеонский, 2018

ISBN 978-5-4493-6013-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Джулии Кэмерон посвящается

Пролог

Мне до сих пор снятся Лена Котова и Славка Самолов.

Иногда она не проявляет никакого интереса, как было в школе на самом деле, а иногда вдруг смотрит с повышенным вниманием и, кажется, хочет поцеловать.

А он, по-прежнему, мой извечный соперник. Даже во сне я горячо доказываю ему свою правоту, однако в ответ, как было в действительности, получаю лишь многозначительные ухмылки и пренебрежительные махания огромной, как ласта, ладонью.

– Сиди! Дите…

Теперь, вспоминая свою жизнь, я, взрослый дядя, склоняюсь к мысли, что по накалу страстей самым бурным был вовсе не шестнадцатилетний возраст, как часто изображается в фильмах и книгах.

В шесть лет моя жизнь бурлила жарким вулканом, чередой шли нескончаемые приключения, постоянно росло количество знакомых, друзей и врагов.

Мерилом всего, правды и неправды, интересного и скучного, сильного и слабого, был двор. Здесь царила атмосфера здорового соперничества и увлекательной игры, здесь фонтаном била настоящая жизнь, та самая жизнь, которую нам, ушедшим вскоре во взрослый мир, стало так не хватать.

До сих пор ясно вижу убогие покосившиеся бараки во дворе, окруженные плотными зарослями полыни, которые тогда были на две головы выше меня, и уютную круглую беседку в темном углу, где часто собирались пацаны. Иногда здесь тренькала разбитая гитара, и звучали песни, что-то вроде этого:

«Тайны мира влекут, тайны мира манят,

В детстве годы так медленно, братцы, летят,

Взрослый мир тянет нас, как крутая девчонка,

И надсадно кричит чья-то бабка вдогонку».

Что только мы не выдумывали! У нас были самодельные духовые ружья с деревянным поршнем на медицинском жгуте, которые стреляли пластилиновыми пульками, оставляя волдыри на коже. Наши луки точно метали стрелы на двадцать шагов, и, конечно, все имели пластмассовое или деревянное оружие – пистолеты, автоматы, рыцарские мечи и мушкетерские шпаги.