Красный континент

Все как один (даже Крымов, гад и предатель) писали, что Денис принес записи зарубежных исполнителей, песни которых, как известно, пропагандируют западные империалистические ценности и потому запрещены в нашей стране; восхищался ими, заявлял, что Генеральный секретарь (страшно повторить такое!) давно не в своем уме, а также говорил, что мечтает уехать за границу и сделает это при первой возможности.

– Я не мог, – потрясенно проговорил Денис. – Я не помню.

– «Не помню» и «не мог» – разные вещи, – наставительно произнес капитан.

– Вы не понимаете! – Денис почувствовал, что задыхается от отчаяния. – Я не мог, потому что… не мог! У меня не было этих записей! Откуда они возьмутся-то? И за границу я не хотел никогда, мне и тут хорошо! А про генсека… Я про него вообще не вспоминаю и не говорю!

– А вот надо бы! Надо бы знать и помнить, что под чутким руководством партии и ее лидера товарища Брежнева мы идем к коммунизму и строим наше светлое будущее.

Денис обхватил голову руками.

– Думать и переживать раньше надо было, Фролов. На вас заведено уголовное дело по статьям…

– Погодите, погодите, Сергей Ильич, – сказал кто-то, и только в этот момент Денис увидел, что в углу кабинета все это время сидел еще один человек. Тихо сидел, сливаясь с обстановкой, как хамелеон.

– Позвольте нам с юношей поговорить пару минут. Думаю, он осознал свои ошибки.

Капитан немедленно встал и выкатился из кабинета.

Сидевший в углу назвался Иваном Ивановичем. В отличие от капитана, Денису он не «тыкал», а беседа затянулась на целый час.

– Спросите кого хотите! Все подтвердят, что я никогда ничего плохого не делал и не говорил дурного про партию, – сказал Денис, когда дверь за капитаном закрылась.

– Надо будет, спросим, – согласился Иван Иванович. – Обязательно спросим.

Он сунул руку в карман, достал корочку, раскрыл и мазнул перед Денисом. Ни звания, ни фамилии, ни должности Денис прочитать не сумел, на то и был расчет, но три роковые буквы, обозначающие всесильный Комитет, увидеть успел.

– Из института вас, разумеется, за эти подвиги отчислят, из общежития выселят. Впрочем, проблема не в этом: жилплощадью вы будете обеспечены на долгие годы.