Чужак

Мое имя Зигфрид, и я доказал свою преданность рейху своей храбростью на поле боя, – он демонстративно коснулся нашивки за ранение, бросив снисходительный взгляд на лейтенанта.

Ему показалось, что такой знак явно дал понять этим двоим, кто здесь настоящий солдат. Но смутить их ему не удалось.

– Если бы было все так просто…. – Катрин покачала головой. – Можно сделать вид, что прошлого нет, но оно никогда не оставит нас, порой возвращаясь в таких формах, что заставляет вскрикивать во сне и просыпаться в холодном поту.

– Мое прошлое безупречно, и я крепко сплю по ночам, – четко произнес Зигфрид. Непонятный разговор уже начал ему надоедать.

– Вам повезло… Особенно с именем, – Катрин и Ханц понимающе переглянулись, как будто их слова имели только им понятный смысл, и замолчали.

Через некоторое время Катрин демонстративно постучала по циферблату часов.

– Момент…

Ханц достал бумажный пакет и надорвал его край. Извлек карту и показал ее Катрин. Та достала свой пакет и тоже вынула из него карту.

По изменившемуся наклону фюзеляжа и положению Луны, Зигфрид понял, что они делают поворот. «Новый план полета», – догадался он и автоматически взглянул на часы. Фосфоресцирующие стрелки показывали два часа ночи.

***

– Дай, дай я посыплю! – парнишка лет восьми прыгал около седого деда, с интересом рассматривая кудахчущих пернатых.

В деревню Ваню привезла тетка.

Но город держался и фронт, как бессильная волна, бился об его бастионы.

После городской жизни Ване было все интересно и не скучно. Только иногда страшно по ночам, когда ветер завывал за черными окнами, или таинственно скрипели половицы, отчего казалось, что в доме кто-то ходит невидимый.

Это вам не город с постоянным движением запаздывающих конок, а то и автомобилей, распугивающих клаксонами зевак, с распевающими песни ночными гуляками и просто пешеходами, спешащими куда-то по своим делам, шаркая по булыжным мостовым и матерящимися при попадании в оставшуюся после дождей грязь или ямки на тротуарах. Свет газовых фонарей был хоть и тускл, но его хватало, чтобы отвоевать у темноты городские улицы.

Другое дело здесь.