Теперь ты моя

Он позволяет мне вырваться, и даже отойти на пару-тройку шагов.

Я глубоко дышу, точно марафон пробежала, а мой случайный муж просто смотрит на меня своим потемневшим от злости взглядом.

– Илья! – громко обращается он к кому-то, и мне становится до мурашек страшно.

Внутренности снова сворачиваются в жгуты. Я физически начинаю ощущать, как они болят от страха.

Что же теперь будет?

Ильей оказывается тот самый бычара, что привез меня.

– Босс, – басит он, оказавшись в комнате.

– В подвал ее кинь.

Пячусь назад. Взгляд бегает, в надежде ухватиться за что-то, что может помочь.

– Мне, красотка, играть некогда! Так что или сама иди… с миром… Или силой потащу.

Когда услышала про подвал, меня всю передернуло. Сразу темница представилась. Холодная и сырая. Не хочу в такую!

А что делать? Сказать, что послушной стану? Нет… Меня не сломать так просто. Мне бы только папу дождаться.

Отступать мне особо некуда. Побег заканчивается, как только я упираюсь в подоконник.

От накатившей безысходности хочется зарычать, но я не успеваю. Послушный охранник хватает меня в охапку за секунду. Как мешок перекидывает через плечо и выносит прочь из комнаты.

Я брыкаюсь изо всех сил, луплю его спину кулаками, но он не реагирует никак. Совсем нисколько! Будто я ласково поглаживаю, а не барабаню по нему, как шаман по бубну.

Вскоре, я выбиваюсь из сил. Повисаю на плече гиганта, признавая поражение.

Он опускает меня на пол, только когда переступает порог подвального помещения.

Я бы и рыпнулась к двери, да только это бесполезно. Илья широченными плечами весь проход загораживает. Не пустит.

По взгляду его вижу, что лучше на месте оставаться, а то он и приструнить может, если понадобится. Ручища у него здоровенная. И тяжелая, наверно.

«Просто дождаться папу», – повторяю про себя, как мантру.

Это будет моей гребанной молитвой все время, что я проведу здесь.

Уходя, мужчина учтиво щелкает кнопку выключателя, озаряя помещение блеклым желтым светом. А потом хлопает металлической дверью, ничего не говоря.

«Дождаться папу», – напоминаю себе, когда в замкнутом, закрытом на ключ пространстве, хочется задохнуться от резкой нехватки воздуха.