Змеиное гнездо

Лучшее достается ему по праву сильного, и остальные воины клана должны это знать. Пусть восхищаются его богатством, это укрепит власть и его авторитет в глазах прочих.

Властитель снял с себя шлем и доспехи, оголившись до набедренной повязки.

Кошка увидела лицо, отличающееся той мужской красотой, которая поражает женщин в самое сердце, заставляя их следовать за обладателем мужественных черт туда, куда он прикажет идти, хоть в ад, хоть в бездну. Прямой нос, четко очерченные губы, твердый подбородок и морщинки в уголках глаз, но взгляд… как стальные иглы.

– Почему ты ее не убил, сын? – обратился Арвур к Алиену.

– А какой мне прок от гниющего трупа? – бесстрастно ответил Алиен. – В качестве наложницы принцесса королевства Роз более полезна. Если ее обрюхатить, приплод будет иметь права на трон. Тогда, возможно, мы выиграем эту войну.

– Что ж, с ней все решено.

У кошки подогнулась одна нога, и Баст попыталась уронить себя на пол, но усилием воли выпрямилась. Гнев от боли и унижения ярким пламенем вспыхнул в ней и придал сил.

«Ну, это мы еще выясним, кто кого и от кого будет приплод», – злобно подумала про себя девушка и поставила себе галочку отомстить Алиену всеми доступными средствами.

Вокруг толпились Сетты, женщины прикрывали усмешки ладошками, а воины и техники нагло разглядывали ее тело, оценивая.

«И не только Пирату, отомщу каждому, кто был свидетелем моего унижения. Вряд ли на этой станции кто-то выживет, – решила кошка про себя, возвращая прищуренные взгляды насмешникам.

Очень часто сама судьба решала вместо Баст, и тот факт, что она попала в святая святых клана Сеттов – их главную цитадель, говорил о многом. Пора было прекращать это многолетнее противостояние. Кто-то должен победить в бесконечной схватке, длящейся не одно поколение. Судьба давала ей шанс.

«Но как же страшно! В одиночку против целой армады, без поддержки со стороны сородичей…»

Властитель продолжал рассматривать свои трофеи, демонстрируя их приближенным.

Баст предвкушающе затаила дыхание.

«Ну же, давай, еще несколько секунд! – взмолилась кошка про себя. – Подержи подольше, видишь, как он сверкает!»

У Арвура затряслись руки от жадности. Он рассматривал эфес в форме дракона, и в его глазах полыхала редкая эмоция: восхищение.

Воин поднес рукоятку к лицу. Глаза властителя подозрительно сощурились, оценивая.