Я, Иосиф Прекрасный

Тогда народ будет думать и говорить, что Нерон хотел убить Сенеку.

Вельможа послал вперёд чернокожих африканцев, а сам с Наталом неторопливо пошёл следом за рабами. Двое сенаторов поднялись на верхний этаж, откуда хорошо просматривалась кривая узкая улица, что поднималась вверх. Ожидание было долгим. Но вот на улице появилась группа людей. Впереди шёл длинноволосый раб. Сенаторы из-за приоткрытых штор внимательно следили за ним. А когда Нерон приказал преторианцам ограбить банк, они отступили от окна и сели за стол, улыбаясь друг другу.

Сенаторы ждали шум борьбы на первом этаже банка, но он прозвучал на улице. Когда они осторожно посмотрели из окна вниз, то увидели убегавшего по улице Нерона и хрипящего на земле Тегеллина со смятым на груди панцирем.

– Его хранят боги, – с огорчённым вздохом сказал Натал.

– Боги здесь ни при чём, – задумчиво проговорил Сенека, внимательно глядя вниз. – Насколько мне известно, в древние времена был принят закон: за спасение жизни правителя республики, человека любого звания и места рождения сенат обязан был наградить достоинством патриция.

– О чём ты говоришь, Сенека?

– Так, рассуждаю на отвлечённую тему.

А утром Сенека увидел в пустой приёмной императора двух евреев.

Сенека, излагая Нерону план убийства его матери, в то же время мысленно обдумывал план спасения Августины. Но Августина не хотела спасаться от своего сына, потому что была сильной женщиной с мужским характером. Она верила Сенеке. Внимательно посмотрела на его напомаженное лицо и спросила:

– Есть план убийства?

– Да.

Сейчас ты получишь приглашение от него приехать в приморское поместье Бавлы…

– Вот ты и выдал себя! Ты придумал план, потому что у Луция Агенобарба в голове мусор.

– Августина, ты можешь думать что угодно, но пожалей Октавию, если она тебе дорога. Нерон решил отправить её на остров Пандатерию после того, как убьёт тебя. Более того, он обещал Поппее голову Октавии.

Божественная мать ощутила, что её сноха задрожала от ужаса.

В это время стал звучать грохочущий бег воина.

Все посмотрели вдоль улицы, в ту сторону, где был дворец императора. Оттуда бежал центурион с поднятой над головой табличкой. Он протянул её матери Нерона.

– Август просил дать устный ответ.

Уже в этой просьбе заключалась некая опасность, потому что Нерон, обладая удивительной памятью, обладал и скудостью ума, и всегда требовал от всех письменных ответов, чтобы потом обсудить их с Сенекой, друзьями или с вольноотпущенниками.