Инструкция по соблазнению. Часть 2

Самоконтроль рушился, желание обнять усиливалось. За какой-то месяц этот соблазнитель привязал меня к себе и приручил. Мне до зуда в ладонях хотелось ощутить под пальцами упругость его кожи и жесткость волос.

Кровожадный Сиран, неужели меня тоже накрыло последствиями отравления? Хотелось бы оправдаться этим, но я не привыкла лгать сама себе. Достаточно и того, что остальные лгут.

– Мне не холодно, – хрипло выдохнула, – обними меня.

Я впервые его попросила, и это явно повлияло на мужчину, поскольку мою просьбу выполнили не сразу.

Мак сел позади на покрывало и сложил руки на моей талии, а подбородок опустил на макушку и затих. Только еле слышное, мерное дыхание раздавалось над головой, да отдавались дрожью во всем теле собственнические поглаживания живота теплыми шероховатыми пальцами.

– Я думал, ты никогда не попросишь, – и легкий поцелуй в шею ниже линии роста волос.

– Ты расстарался, – упрекнула наемника, но совершенно беззлобно.

Не было смысла отнекиваться, обвинять и юлить, когда оба знали правду.

– Если бы я был в немилости, – он потерся носом и подбородком о мой затылок, вдыхая запах волос, – никакие старания не привели бы нас к этому.

Только сейчас я поняла, что он практически убрал свой природный запах, от которого мне так сильно рвало крышу. Мак поставил нас в равное положение. Ничто не должно было искажать истинные чувства. Его отравление прошло, моя демоническая натура взбесилась слишком рано, чтобы списать это на эмоциональный голод. Сейчас не было лжи, было только желание и истинные чувства.

Да, так все и должно быть. Медленно, осознанно, не под влиянием чего-то дурманящего разум. У нас и так все начиналось страстно и порывисто, сейчас этому не было места.

Наемник не спешил. Это чувство, когда двое знают, что произойдет дальше, и наслаждаются ожиданием чего-то невероятного, оно великолепно. Внутри все болезненно-приятно скручивает от предвкушения, а пальцы судорожно сжимаются, стараясь удержать в реальности. Это невероятно, это болезненно и это не сравнится ни с чем в мире.

Такое испытываешь только однажды. И не потому, что это первый раз в жизни, а потому, что это первый раз именно с ним, а у него с тобой. И только это важно, и только в этот миг.

Рубашка соскользнула с меня охотно и без сопротивления, так же, как и нижняя сорочка. Свою жнец снял сам. Он не хотел, чтобы я разворачивалась к нему лицом раньше времени. Разгоряченная кожа прижалась к моей спине, обжигая всегда прохладную и бледную мою.