Юморедьки детские. Юбилейные

 – Ура! Мне поставили семёрку! Я – лучшая ученица!

– Садись на место, лучшая ученица, – улыбается учительница, – а говорила “не

получится” …

Нарисованное счастье

Когда зайцу Знайцу было очень мало лет и все звали его зайчик Знайчик, произошла с ним

такая история. Шёл Знайчик со своей мамой, грыз любимую морковку, и было ему

хорошо. Вдруг мама почувствовала неладное и говорит:

– Не отходи от меня далеко.

– Хорошо, мама, – послушно сказал Знайчик.

И тут же отпрыгнул в сторону. Испугался проползающего мимо ужа.

– Мама, змея! – закричал Знайчик.

– Видишь на голове два золотых пятнышка? – успокоила ребёнка мама. – Это не змея, это

уж.

– Тот самый уж? – удивился Знайчик. – Из стихотворения “Уж небо осенью дышало”?

Не успела зайчиха вспомнить, кто автор стихотворения, как между ней и зайчиком вырос

высокий-превысокий забор. Знайчик от неожиданности уронил морковку. Свою самую

любимую, которую даже во время землетрясений и извержений вулканов не ронял.

– Ничего страшного, – подумал Знайчик про забор, – сейчас обойду.

И пошёл вперёд.

– Рано пока волноваться, – решила зайчиха, – сейчас обойдёт.

И тоже пошла вперёд.

Идут они, идут, а забор не кончается.

– Сейчас, сейчас, – уговаривает себя зайчиха, – сейчас кончится.

А у самой в груди всё холоднее и холоднее становится.

– Мама, – кричит Знайчик из-за забора, – а сколько ещё забор метров будет? Десять?

Он дальше десяти считать не умел.

– Что ты, что ты, – успокаивает его зайчиха, – не больше пяти.

И идут дальше. По бескрайним степям идут, в бескрайних степях забор. По отвесным

горам ползут, на отвесных горах забор. По бушующим океанам плывут, и в бушующих

океанах тоже забор.

Совсем выбились из сил. Плетутся, еле лапами передвигают. И очень скучают друг без

друга. Вдруг Знайчик обо что-то споткнулся и упал.

– Мама! – кричит он. – Тут морковка, которую я уронил. Мы что, всю землю кругом

обошли?

Морковка??? Зайчиха чуть в обморок не упала.

ними теперь забор? И они никогда больше не увидят друг друга? Вот напади на них

сейчас стая голодных волков – и то не так страшно.

– Что ж, нарисую свою маму на заборе, – подумал Знайчик, – и буду на неё смотреть.

Взял кусочек красного кирпича, который валялся неподалёку, и стал рисовать маму.

– Знайчик, что ты делаешь? – грустно спросила мама. – Наверное, плачешь?

– Рисую тебя на заборе, – ответил Знайчик.