Путь в себя. Сборник

– Роберт, как вы думаете, сколько партий мы уже сыграли?

– Я не знаю, но, мне кажется, вы просто безумец, который приковал меня цепью к стулу и задаёт мне нелепые вопросы.

– Вот, ты видишь, что я курю сигарету. На правом проколотом ухе у меня висит кольцо. Оба моих глаза имеют радужные оболочки разного цвета: красного и белого. Я люблю эти цвета. Красный всегда символизирует опасность, а белый говорит о чистоте. На мне надет чёрный пиджак с карманом на правой стороне, а в кармане вы можете наблюдать разноцветный платок с узором, напоминающим красную звезду.

На моей шее висит цепочка золотого цвета. У меня золотые зубы и шрам у правого глаза. Ты уже хочешь спросить меня о том, зачем я тебе описываю свою внешность, если ты не слепой? Я всё говорю тебе для того, чтобы ты обратил внимание не на мою внешность, а на то место, где ты находишься. Итак, мой ход. Kpg7.

– Я не знаю, что это за место.

– Я напомню тебе. Во что ты веришь?

– Я верю в разум! А твой разум болен!

– Ты думаешь, что я сумасшедший.

Ты считаешь себя здоровым?

– Лff8. Я абсолютно здоров!

– Ке7. Допустим, что вы здоровы. Тогда как вы тут оказались?

– Слушай, псих. Я ничего помню. Я не знаю, кто я такой, и где я нахожусь. Ты можешь обойтись без загадок?

– Хорошо! В финале партии я покажу тебе зеркало, где ты увидишь себя – своё отражение. Но прежде я буду задавать тебе наводящие вопросы.

– Тебе знакома фамилия Фишер?

– Первый раз я слышу эту фамилию.

– Это фамилия известного в нашем мире шахматиста.

– Ка5. Причём я здесь?

– h5. Не торопись. Кого в мире нельзя обыграть в шахматы?

– Таких людей не существует!

– Ошибаешься. Я постоянно играю с этим человеком. Мне было три года, когда началась эта игра. Я играл с ним в шахматы, а он обещал мне, что я выберусь из этой комнаты, если я выиграю у тебя. Да, речь идёт о тебе. Он сказал мне, что я смогу выжить, если я буду побеждать у всех, кого он мне пришлёт в эту комнату.

– О ком вы говорите?

– Об офицере нацистской армии.

– Какой сейчас год?

– Для меня это всегда один и тот же год – 1943. Офицер мне говорил, что это просто игра. Вот я и играю. Иногда я представляю, что я вижу белые снежинки, падающие на землю, где погребены мои родители, моя жена и дети. Больше всего я люблю лето, потому что я давно не чувствовал солнечного света. Однако, осенью все плачут, как и я, вспоминая об ушедших из жизни. Весной я надеюсь, что ты вспомнишь, кто ты есть. Послушай меня, ты не должен плакать.