Таир. Спаси меня

Увидишь отца своего – беги за сарай, а оттуда через соседский огород в лес. Соседи наши не выдадут, я поговорю с ними. Но если попадёшься, мы со старухой не помощники тебе. А сейчас поешь, отдохни с дороги и принимайся за работу. Нужно коз на пастбище отвести, а у меня колени болят.

Я сложила руки в замок, прижала их к груди и в который раз за этот день разрыдалась. Самый замечательный день. Самый прекрасный день. День, когда я встречу свою судьбу…

ГЛАВА 6

Таиру было непривычно здесь после большого и шумного мегаполиса, ночной жизни в окружении полуголых девочек и разборок, что настигали его время от времени.

Постоянный экстрим, драйв и движение, казалось, уже текут по его венам вместо крови.

Здесь было жутко. Более жутко, чем на «стрелах». Тихо и стрёмно. Женщины под покрывалами слоняются, словно привидения, иногда проезжает какой-нибудь абориген на лошади или старой коптящей раздолбайке. Собаки и те не лают, будто боятся, что их камнями забросают.

Иномарка Таира плавно остановилась у старых деревянных ворот, тут же привлекла к себе внимание босоногих пацанов, бегающих стаей за тощим кошаком.

Абаев вышел на улицу, поморщился от яркого солнца, что слепило даже сквозь линзы затемнённых очков. Жарко, душно, паршиво. Зачем он вообще сюда припёрся?

Словно в другой мир попал. Абсолютно чужой. Как мать здесь жила? Как она вообще узнала отца под таким вот покрывалом? Проводив косым взглядом женщину, укрытую чёрной плотной тряпкой, покачал головой.

Нет, он знал законы этих мест и уважал религию, которую чтили его отец и мать. Но, как обычно, всё портили люди. Даже то самое светлое, что, казалось бы, невозможно изгадить. Женскую чистоту и девственность ценили во всех уголках мира во все времена. Эти же фанатики даже добродетель обратили против тех, кто ею владел, чем вызывали у Таира лишь глухое раздражение.

– Приехал, значит? – услышав скрипучий голос старика, повернулся к дому. Скрюченный в три погибели горбатый дед взирал на него своими маленькими белесыми глазёнками, торчащими из седых волос, которыми заросла вся его голова.

Таир плохо понимал их диалект, предпочитая русский или же наречие, на котором говорил отец. Тот вырос в городе, а городские, как известно, с деревенскими в этих местах мало общаются.

– Приехал, – специально ответил на отцовском диалекте, который этот старый упырь точно ненавидит. И не прогадал. Старика передёрнуло.