Бесчувственные

Отвечай, почему! Иначе мы сейчас идем с тобой в ванную.

Сделала глубокий вдох. Он же отложил столовые приборы и подался ко мне. В ожидании. И если я не отвечу на его идиотский вопрос, то он и вправду сделает то, что задумал. Вижу по его глазам.

– А разве нет? Ты сидишь дома. У тебя такая хата имеется… Я могу предположить, что ты мент. Потому как при нашем знакомстве ты зачитывал мне статейки. Если мент, разве у них такая зарплата? – показала рукой на кухню, имея в виду и мебель, и в целом то, как она обставлена.

Усмехнулась ему в глаза, намекая, что он продажная скотина.

– Либо у тебя имеются богатенькие папочка с мамочкой, которые своему любимому сыночку ни в чем не отказывают, – уставилась на него в ожидании и хотелось услышать правильную версию.

Но для себя я уже выбрала правильный ответ. Мамочка с папочкой. Ух, как я его задела-то!

Начала тихо хохотать, показывая, что он для меня смешон. Очередной мажорик, Чича. Он очередной родительский сосунок. Понятно, почему он без всякого страха удерживает меня у себя в квартире.

– Знаешь, что я хочу с тобой сделать в данную секунду? – невинно поинтересовался, хотя по его виду с трудом можно было сказать, что он в данный момент спокоен.

– Что? – сладко пропела.

– Переломать твой хребет. А заодно вырвать твой ядовитый и гнилой язык. Чтобы кровью харкала. Чи-чааа.

Смех разом слетел с моего лица. Каждая его угроза отражалась в его глазах.

– Ну давай, или боишься? Или родителям потом придется подчищать?

– Заткни свою пасть!

Услышав его жуткий ор, резко оттолкнулась ногами и отъехала на стуле от стола, подальше от этого сумасшедшего. Если он сейчас мотнет рукой, то спокойно схапает меня. Я лучше буду в этот момент подальше от него.

От громкого и быстрого его дыхания грудная клетка высоко вздымается. Черные глаза заволокло красной пеленой.

– Давай, чтобы мы никогда больше не возвращались к этому вопросу… А зная тебя, это невозможно. Поэтому сразу закроем данную тему. Родителей у меня нет! Они умерли! Все? – загромыхал на всю кухню.

Сглотнула и кивнула, соглашаясь.

Жалко ли мне его? Нет! Отчего жалеть? Все мы когда-то будем валяться в сырой земле и гнить. И что от этого? Он не открыл для меня Америку! Тем более, живет он не бедно и явно ни в чем не нуждается.