Забери мою боль

Русоволосый, голубоглазый здоровяк с чуть перекошенным носом, выглядел опасно. Но к собственному удивлению, страха я не испытывала рядом с ним.

– Привет, Катен. Ты смотри, как загорела. Как отдых? – улыбнулся он, отпивая алкоголь.

Катя пожала плечами и обняла меня.

– Вот та самая Нинель. Я говорила сегодня о ней.

Потап кивнул. Сидящая по правую сторону от него блондинка все это время прожигала меня злобным взглядом.

Палач наклонился к ней и поцеловал в висок.

– Я сейчас. Будь хорошей девочкой, – подмигнул, упираясь лбом в ее.

Она сморщила свое личико, надула губы. Будто маленькая девочка рядом с ним. Видно было за версту, как он любит ее. Огромный медведь и крошечная кошка.

Палач повел нас куда-то по коридору. Постучал в одну из дверей.

– Артур, можешь уступить кабинет?

Мужчина, сидящий за столом, вздохнул устало, но послушно поднялся.

Палач устроился на его месте, а Катя потащила меня с собой на диван. Потап посмотрел на меня внимательно.

– Ну и? Расскажи о себе.

Я так понимаю, тебе Катя уже сказала, что требуется?

– Я работы не боюсь. Буду браться за любую…

Он кивнул.

– Нам не хватает рук, нужна еще и уборщица. В конце дня нужно мыть снаряды, татами в клетке. Приходится оттирать кровь, все должно блестеть.

Если он пытался запугать меня, то плохо старался.

– Да, я согласна. Мне несложно, правда.

Палач усмехнулся, откинулся на спинку стула.

– Ты не умеешь вести переговоры.

– Я думала это собеседование, – пожала плечами.

– Откуда ты? Какое образование? Чем занимаешься? Пойми, мне нужно знать больше о тебе.

Клуб – больше, чем спортивный зал. Мы – семья. И прежде чем впускать в семью человека, я должен узнать о нем все.

Мои руки стали ледяными. Я посмотрела на Катю. Она кивнула, давая мне понять, что я могу говорить все.

– Меня зовут Нинель Воронцова. В восемнадцать лет я вышла замуж за одного плохого человека. Он издевался надо мной, держал взаперти. По сути, я была его пленницей.

Я расстегнула олимпийку и подняла подол водолазки.

Мне было страшно и стыдно, руки тряслись, но я должна была получить эту работу. Я повернулась к нему спиной, видела, как его взгляд стал злым и сосредоточенным.

– Он избивал меня каждую неделю. У него даже был отведен для этого определенный день. Однажды он сломал мне нос, разбил губу. Моя рука была переломана в трех местах одновременно, – удивительно, но мой голос звучал спокойно. Хотя нутро сворачивалось в тысячи морских узлов.